Эволюция Биос

Ты научил меня родное видеть

В волнах, в порывах ветра, в тихой роще.

Гёте. Фауст. Лес и пещера

Развитие Биос, как системы типа нюры, мо­жет рассматриваться как проявление неоднородно­сти и анизотропии ее пространственно-временной

структуры.

Термин «эволюция» возник в первую полови­ну XVIII столетия и употреблялся сначала в области биологии для обозначения тех изменений, которые претерпевают животные, выходя из эмбрионально­го состояния. Сама же идея развития впервые за­мерцала в известном мифе о Прометее. С тех пор, отождествляясь с идеей прогресса, она не покида­ла человеческого сознания и обнаруживалась посто­янно в форме различных взглядов и учений. Она присутствует и в первом философском сочинении на греческом языке, позднее получившем название «О природе».

Автором трактата был шестидесятичетырехлетпий мудрец, спасший многие тысячи жизней лакедемонян своим заблаговременным абсолютно точным пред­сказанием страшнейшего землетрясения, обрушив­шего вершину Тайгета и обратившего в руины про­цветавший город^[319]). В 546 г. до н. э. Анаксимандр не только предвосхитил гипотезу Канта о преобразо­вании водных животных в болотных, а этих — в су­хопутных ^[320]∖ нои высказал мысль о возникновении

человека из рыбообразного существа^{[321][322][323]}). Согласно преданию, этот родственник, ученик и преемник ро­доначальника античной философии Фалеса сделал из своего учения практический вывод: не употреб­лять в пищу рыб, ибо рыба — наш прародитель¹⁷⁴).

Из доксографической литературы известны лишь очень немногие фрагменты сочинения Анаксиманд­ра, но даже они дают некоторое основание полагать, что изложение ионийским философом поступатель­ного характера пути от животного к человеку пре­восходит все, что было написано до Ламарка, по­добно тому как «Песнь о моем Сиде» превосходит все, что было создано в литературе средневековой Европы до появления Данте.

6.3.1.1. Увеличение внутреннего разнообразия Биос

На протяжении всей истории развития Земли происходило увеличение разнообразия планеты: уве­личение разнообразия горных пород по химическо­му составу и различию в сочетаниях химических эле­ментов, увеличение количества минеральных видов и различных генетических типов минерального сы­рья и их месторождений¹⁷⁵), увеличение внутрен­него разнообразия Биос.

Развитие Биос началось никак не позже каких- то 800 миллионов лет спустя после формирования Земли, если судить по возрасту древнейших из из­вестных в настоящее время железорудных форма­

ций ^{1 76}) и признавать наличие связи между проду­цированием кислорода примитивными фотосинте­зирующими организмами и его расходом в реакции с закисным железом во время отложения полосча­тых железистых кварцитов^[324][325]). Но и в том случае, если будем судить по не вызывающим сомнения ре­зультатам микропалеонтологического анализа био­генной природы углеродистых структур пород груп­пы Онвервахт Барбертонской горной страны в Юж­ной Африке^[326]), то и в этом случае увидим, что развитие Биос началось не позднее 3355 миллио­нов лет назад, приблизительно за двести миллионов лет до начала образования зрелой континентальной земной коры.

О таком же возрасте начала развития Биос сви­детельствуют и геохимические данные, полученные при изучении изотопного состава керогена в не- метаморфизованных архейских осадочных породах. Результаты изотопных анализов указывают, что от­ношение ¹³C∕¹²C, наблюдаемое в архейском орга­ническом веществе (включая образцы, датируемые вплоть до 3300 млн лет), равнозначно этим отноше­ниям в биогенном углероде более поздних геологиче­ских эпохи полностью сопоставимо с отношениями, характерными для материала, образовавшегося в ре­зультате фиксации двуокиси углерода автотрофны­ми организмами.

ства существенно усиливается тем, что это архей­ское органическое вещество, несомненно, отличает­ся по своему составу от одновозрастных и более мо­лодых углеродосодержащих веществ заведомо неор­ганического, абиологического происхождения^[327]^.

С возникновения Биос наиболее ясно выраженным направлением ее развития было увеличение внутренне­го разнообразия. В Биос и вне ее постоянно возника­ет множество возмущений (И). Эти возмущения, в слу­чае недостаточности регуляторных механизмов Биос, могут вывести значения характеризующих ее пере­менных (F)из допустимых для нее пределов. Из всех возможных значений Fлишь немногие (/) совме­стимы с существованием Биос. Следовательно, ре­гуляторные механизмы Биос достаточны лишь в том и только том случае, если обеспечивают реакции в таком соответствии с Z, чтобы исходы всегда остава­лись внутри допустимого множества f, т. е. в допусти­мых для ее существования пределах. В Биос раз­нообразие всех возможных исходов ограничивается пределами множества допустимых исходов благода­ря достаточному разнообразию регуляторных меха­низмов. Такова наша частная формулировка основ­ного кибернетического закона необходимого разно­образия Винера—Шеннона—Эшби применительно к Биос, закона, который, по справедливому замеча­нию У. Эшби, дает нам меру регулирования ^[328]).

Закон необходимого разнообразия, открытый чисто математически К. Э. Шенноном (так называв' мая десятая теорема Шеннона является основ­

ным законом функционирования каждой киберне­тической системы, будь то автоматические регуля­торы в технике, средневековые андроиды, компью­теры или Биос. Важные идеи, приведшие к откры­тию закона, были высказаны впервые Норбертом Винером однако применимость этого закона не только в области теории информации, как это было показано Шенноном, но и в области теории управления была открыта У. Эшби, который придал закону необходимого разнообразия всеобще кибер­нетическую форму. Поэтому нет основания не со­гласиться с предложением А.

Некоторые авторы стали связывать особенность биологического многообразия с понятием плерона как некоторой дискретности, подобной универсу­му, исчерпывающей собою всю полноту возможно­го, что делает особенно важным выявление полной структуры биологического многообразия ^[329]) _ Поня­тие плерона привнесено в биологию из теоретиче­ских концептов, где оно только начало постепенно оформляться. Это такие теоретические концепты,

как универсальное множество в теории множеств и теории вероятностей, базис линейного простран­ства в линейной алгебре, полный набор переменных в квантовой механике...

В соответствии с законом Винера—Шеннона- Эшби, важнейшими составляющими увеличения внут­реннего разнообразия Биос были, с одной стороны, усложнение и повышение организации живых су­ществ, совершенствование систем адаптации к усло­виям внешней среды и увеличение многообразия ви­дов, а с другой — увеличение биогеографического разнообразия, флористического и фаунистического разнообразия территорий суши и акваторий Миро­вого океана, увеличение разнообразия биомов, био­ценозов и экотонов ^[330]).

Тенденцию к увеличению внутреннего разнооб­разия Биос принципиально не изменяли и глобаль­ные катастрофические события в геологической ис­тории, сопровождавшиеся массовым вымиранием — одновременным исчезновением в глобальном мас­штабе многих таксонов высокого ранга, принадле­жащих различным группам организмов, и резким сокращением внутреннего разнообразия тех групп, которые полностью не исчезали. Насчитывается до двадцати девяти подобных событий; среди них осо­бенно выделяются четыре «великих массовых выми­рания» : ордовикско-силурийское, пермско-триасовое, триасово-юрское и мел-палеогеновое ^[331]). Во время

последнего, например, которое связывают с паде­нием крупного метеорита, и, быть может, не од­ного, в районе современного полуострова Юкатан в Мексике (кратер Чикскапуб), полностью исчез­ли планктонные фораминиферы, динозавры, белем­ниты, аммониты, исчезли пятьдесят процентов се­мейств радиолярий, семьдесят пять процентов бра- хиопод, двустворчатых моллюсков, морских лилий и морских ежей ^[332]) .

В результате массовых вымираний высвобожда­лись ранее занятые экологические ниши и проис­ходило «омоложение» сообществ, что обеспечивало ускоренную эволюцию переживавших эти события групп организмов. Так, на рубеже Рифея и Венда вследствие одного из величайших в истории Зем­ли оледенений произошло резкое обеднение фито­планктона. По-видимому, всего лишь немногим позд­нее в результате ароморфной, прогрессивной эволю­ции возникли разнообразные крупные многоклеточ­ные, на что указывает чрезвычайно быстрое почти глобальное их распространение сразу же после оле­денения. Переходное время нарождения новых ви­дов и родов и вымирание старых принимается в пре­делах 5миллионов лет ^[333]∖

К увеличению внутреннего разнообразия Биос ведут все основные направления органической эво­

люции: ароморфоз, идиоадаптация, ценогенез и де­генерация. Так, возникновение полового процесса, фотосинтеза и многоклеточности в архейскую эру не только подняли докемберрийские организмы на более высокий уровень организации, но и привели к увеличению внутреннего разнообразия Биос. Бо­лее поздние ароморфозы протерозойской эры (раз­витие билатеральной симметрии, центральной нерв­ной системы, дифференциация осморегуляторной и выделительной системы, дифференцировка мезодер­мы, возникновение вторичной полости тела, раз­витие кровеносной системы, превращение протоне­фридиев в метанефридии, формирование целомо- дуктов и т. д.) подготовили гигантский «популяци­онный взрыв» морских скелетообразующих беспо­звоночных.

Важные ароморфозы у растений (такие как диф­ференциация покровной, механической и проводя­щей тканей у риниофитов) привели к завоеванию растениями суши с ее более разнообразными и слож­ными условиями, к расширению границ Биос. Аро­морфозы органов и конечностей у позвоночных жи­вотных в связи с переходом к наземному образу жизни явились важнейшей предпосылкой богато­го видового разнообразия наземных позвоночных животных. Возникновение теплокровности, появле­ние волосяного покрова и приобретение способности к внутриутробному развитию зародышей привели к образованию млекопитающих и позволили им за­селить новые более холодные области Земли и увели­чить разнообразие многих биоценозов.

и млекопитающих, но и возможность прогрессивной эволюции центральной нервной системы и органов чувств. Развитие коры головного мозга и, как след­ствие этого, образование условных рефлексов, суще­ственное усложнение поведения обусловили колос­сальное разнообразие ответных реакций млекопита­ющих на изменения окружающей среды. В наиболь­шей степени это свойство проявилось у приматов.

Если процесс прогрессивной эволюции на орга­низменном уровне идет как бы уступами, «пери­оды подъема организации чередуются с периода­ми, когда морфологической прогрессивной эволю­ции не происходит» ¹⁸⁹∖ то процесс изменения внут­реннего разнообразия Биос не прекращается и в пе­риоды, когда морфологической прогрессивной эво­люции не происходит. В эти периоды может проис­ходить усиленная идиоадаптивная радиация, в ре­зультате которой потомки ароморфно изменившей­ся прародительской формы приобретают частные приспособления к новым разнообразным услови­ям и расширяют свой географический ареал. Таким образом, если ароморфозы часто связаны с заво­еванием новой среды обитания и лежат в основе возникновения больших систематических групп — типов, классов, отрядов, то идиоадаптации способ­ствуют появлению более мелких групп — семейств, родов, видов — что также ведет к увеличению внут­реннего разнообразия Биос и обеспечивает обжива­ние разнообразных частных условий и обогащение биоценозов.

^ιs9-^tСсоерцов А, Н. Морфологические закономерности эволю­ции. Л., 1939. С. 308.

14 Заказ 1988

Дегенерация — процесс, в морфофизиологиче­ском отношении противоположный ароморфозу, ве­дущий к понижению общей организации организ­мов, — имеет важнейшим своим следствием, подоб­но ароморфозу и идиоадаптации, увеличение внут­реннего разнообразия Биос. « . ..Целые группы деге­нерировавших форм, — указывал А. Н. Северцов, — например, все оболочники, ленточные черви, усоно­гие раки и многие другие увеличили в течение фи­логенеза число особей, составляющих данный вид, расширили свой ареал распространения и распались на соподчиненные систематические категории (до­черние виды) » ¹⁹°).

К увеличению внутреннего разнообразия Биос и биоценозов могут вести и ценогенезы. Под цено- генезами мы понимаем появление у зародышей так называемых вторичных признаков, не свойственных взрослым предкам, обеспечивающих младшим ло- хосам выполнение специфичных для них экологиче­ских и генеалогических функций ^[334][335]∖ Происходящее в процессе эволюции увеличение числа лохосов в по­пуляциях всегда сопряжено с ценогенезами.

Есть основания полагать, что все пути биологи­ческого прогресса в своей совокупности ведут к уве­личению и биохимического разнообразия Биос, ко­торое в настоящее время по оценке Аенинджера со­ставляет от 1О¹⁰ до 10*²различных белков и около 1О¹⁰ различных нуклеиновых кислот ^[336]∖ При этом

биохимической структуре Биос присуща изначаль­ная простота: все ее IO¹⁰ —10¹² белков построены из 20 аминокислот, а все 1О¹⁰ нуклеиновых кислот из 8 нуклеотидов. У всех живых форм удивительно сходны и последовательности метаболических реак­ций, особенно в той части, которая составляет цен­тральные метаболические пути. Это характерно для Биос как целостной системы.

В разные периоды развития Биос соотношения между различными составляющими процесса увели­чения ее внутреннего разнообразия, по-видимому, существенно изменялись. Так, в пермский период в адаптивном увеличении внутреннего разнообра­зия Биос в связи с резко выраженной дифферен­циацией климата большое место занимало увели­чение биогеографического разнообразия. О послед­нем можно судить по обилию областей и провин­ций, выделяемых в различных схемах биогеографи­ческого районирования этого периода. Напротив, в начале юрского периода с его слабо дифферен­цированным климатом флора и фауна в биогео­графическом отношении были сравнительно одно­родны. Увеличение внутреннего разнообразия Биос и биоценозов в это время происходило в основ­ном путем ароморфозов, идиоадаптаций, ценогене- зов и дегенерации. Важное место в этом процессе принадлежало наземным членистоногим, среди ко­торых появились бабочки, а также рептилиям, до­стигшим господствующего положения среди назем­ных позвоночных. Впервые появились древнейшие птицы подкласса ящерохвостых — археоптериксы. В увеличении разнообразия наземной флоры боль­шую роль играли голосеменные (гингковые, сагов­никовые, беннетитовые, хвойные), достигшие в юр- 14*

ский период господствующего положения, и разно­образные папоротники и хвощи. Важный вклад в ви­довое разнообразие морской фауны принадлежал кораллам, иглокожим, членистоногим, радиоляри­ям, фораминиферам, головоногим моллюскам (ам­монитам и белемнитам), двустворчатым и брюхо­ногим моллюскам. Видовое разнообразие морской фауны пополняли рыбы, прежде всего костистые (Teleostei), а также рептилии: ихтиозавры и плезио­завры. Естественным следствием увеличения разно­образия было развитие внутренних связей и отноше­ний, их дифференциация и в конечном итоге разви­тие целостности Биос.

6.З.1.2. Развитие целостности Биос

Существует рассказ о том, как Карл фон Бэр приехал в Лондон и назвал в ученых кругах свою фа­милию. Его спросили: Вы, собственно, какой из Бэ­ров — географ, зоолог или антрополог? Вопрошае­мый смутился и не знал, что ответить. Но именно такая широта научных знаний и позволила автору закона зародышевого сходства увидеть в началах, которые лежат в основе развития зародыша, черты общего закона эволюции и высказать мысль о том, что сущность органического развития сводится к пе­реходу состояния однородности в состояние разно­родности, в состояние более сложное и при том бо­лее гармоничное, знаменующее прогресс. Послед­ний совершается с абсолютной необходимостью, ис­ключающей случайность.

Так, начав с яйца, Бэр показал человеку челове­ка, что и выгравировано на его юбилейной медали — Orsus ab oυo hominem ostendit,Источником про­гресса, его заданной направленности, великий на­

туралист, понимавший совесть как высшую форму инстинкта, видел первопричину всех законов при­роды в едином духовном начале^[337]).

Герберт Спенсер, познакомившись в свои трид­цать лет с этой концепцией Бэра, принял ее за от­правной пункт, исходя из которого развил гениаль­ным размахом мысли учение о всеобщей эволю­ции. Сподвижник Дарвина Томас Гексли признавал, что единственно полное и систематическое учение об эволюции, какое только он знает, есть то, кото­рое содержится в «Системе философии» Спенсера. Согласно этому учению эволюция характеризуется:

1) движением в сторону большей концентрации и свя­занности частей;

2) большей дифференциацией, выделением различного в первоначально однородном;

3) увеличением определенности.

Эти черты, представляющие собой по существу отдельные грани развития органичной целостности, прослеживались Спенсером в биологии, психологии, социологии и этике. Мы видим, что они в полной мере присущи и эволюции Биос. Последняя эволю­ционирует в направлении:

1) увеличения роли целого по отношению к основным элементам и подсистемам;

2) углубления преобразования и специализации основ­ных элементов;

3) развития внутренних связей и отношений и четко вы­раженной их дифференциации;

4) увеличения концентрации функций в специализиро­ванных подсистемах;

5) развития системы управления.

В. И. Вернадский указывал, что вопрос о на­чале жизни на Земле научно сводится к вопросу о начале биосферы. По его мнению, жизнь воз­никла не в форме какого-нибудь одного вида орга­низмов, а появилась как их совокупность — биоце­ноз. Но вряд ли правомерно говорить о начале Биос с биоценоза, с организма или какого-либо другого ее структурного элемента. На начальном этапе разви­тия Биос должна была представлять собой наипро­стейшую планетарную биологическую систему, не­развитую структуру которой нельзя отождествлять со структурой современной Биос, хотя начало Биос и остается имманентным всем последующим этапам ее развития, основой, сохраняющейся на всем про­тяжении ее существования.

Структура современной Биос явилась результа­том всей истории ее развития. Биологические систе­мы всех структурных уровней возникли и развива­ются как некоторые части целого, как подсистемы и элементы Биос. В их образовании и развитии про­цессы дифференциации и йнтеграции не существуют раздельно, и в этом смысле структурные уровни — результат их единства и их предпосылка. В своей эво­люции элементы одного структурного уровня Биос зависимы от эволюции элементов других структур­ных уровней. Система взаимоотношений элементов разных структурных уровней прежде всего и харак­теризует Биос, которая как целое доминирует над ними и в процессе их развития, и при определении их сущности.

Развитие целостности Биос происходит на всех ее структурных уровнях, что сопряжено с масштабной

инвариантностью развития целостности. С повыше­нием целостности компонентов повышается общая целостность Биос, увеличивается иерархическое со­подчинение ее субсистем. Наивысшей формы це­лостности достигают системы основных структур­ных уровней в последовательности от низшего струк­турного уровня к высшему. Основные структурные уровни Биос образуют клетки и многоклеточные ор­ганизмы. Системы одного и того же структурного уровня могут очень существенно отличаться друг от друга степенью своей целостности. Примером чрезвычайно широкого диапазона целостности яв­ляются многоклеточные организмы: от низшей фор­мы целостности пластинчатых животных (Placozoa) и губок (Spongia) до высшей формы целостности позвоночных (Craniata).

В классической биологии понятие «организм» принималось за основное понятие. В учении о Биос как целостной планетарной биологической системе, иерархически структурированной, выявляется истин­ное место организма в единой цепи биологических систем разных структурных уровней. Внешняя сре­да биологической системы низшего структурного уровня раскрывается как внутренняя среда био­логической системы более высокого структурного уровня. Известные представления о диалектиче­ском единстве организма и среды и о роли внешней среды в эволюции организмов трансформируются в представления об отношении части (организма) и целого (Биос) и о роли целого в эволюции его отдельных частей.

В биогеоценозе отдельные популяции находят­ся в такой зависимости друг от друга, что их суще­ствование пребывает в зависимости от эффектив­

ности выполнения присущих им функций в био­геоценозе, а борьба за существование на организ­менном уровне приобретает объективно значение конкуренции в эффективности выполнения генеа­логических функций в популяции и экологических функций в биогеоценозе. Таким образом, естествен­ный отбор на организменном уровне оказывается важнейшим механизмом совершенствования этих функций, а эктогенез и автогенез представляют собой две стороны единого процесса — развития Биос.

6.4. «Ты еси То»

Благодарен будь, человек — Милосерд и добр.

Гёте. Божественное

Отказ от организмоцентризма не следует свя­зывать с ошибочным представлением о сводимости биологии к химии и физике, как это имело место, например, у Бертрана Рассела. «Некоторые ученые думают, что основным понятием в биологии должно быть понятие „ организм “ и что поэтому биология никогда не сможет быть сведена к химии и физи­ке, — писал Рассел. — ...На мой взгляд, это оши­бочное мнение, и если оно будет преобладать, то будет служить препятствием для научного прогрес­са» ^[338]). Основоположник английского неореализма полагал, что научный прогресс позволит объяснить «все в поведении живой материи... в терминах фи­зики и химии», т. е. что путь познания сущности жизни пролегает через низшие структурные уровни

ее организации. Однако сущность жизни (как и люб­ви) все дальше и дальше ускользает от нас, по ме­ре того как в поисках ее мы спускаемся на низшие уровни, и раскрывается, когда поднимаемся на са­мые высшие. Она раскрывается как единая жизнь Биос, имманентная каждому отдельному организ­му. Нет жизни тигра, нет жизни оленя... — есть жизнь Биос в тигре, есть жизнь Биос в олене... «Ты еси то» — «tat tkum asi» ^[339]∖

Идея всеединства жизни стара как мир. Ею про­никнуты древневосточные философские учения. Она находит свое естественное выражение в благогове­нии перед всеми живыми существами, чему учит, на­пример, Бадараян в «Брахмасутре», и что деклари­руется в джайнистском каноне, в этических принци­пах непричинения зла живым существам. Дух уче­ния Махавары Вардхаманы позволяет предполагать, что эти принципы восходят к VI веку до нашей эры, но также есть основания предполагать, что они имеют свои истоки в анимистических представлени­ях исконных жителей Индии. Принцип не вредить живым существам стал и первой заповедью среди пяти буддийских заповедей (панчашила), которых должны придерживаться как монахи, так и свет­ские буддисты. Этот принцип присущ и даосизму. Его мотивы особенно пленительно звучат в чару­ющих четверостишьях китайского поэта VIII века Ли Бо. В III веке до нашей эры Ашока, правитель древнеиндийской Магадхской империи, придал ста­тус государственного закона ахимсе — религиозно­

эстетическому принципу индуизма, буддизма и джай­низма, где непричинение боли и зла живым суще­ствам возводится в степень религиозной догмы.

Первый русский физик-теоретик Н. А. Умов по­лагал величайшей задачей человеческого гения — «Охранение, утверждение жизни на земле» ^[340]>

В «благоговении перед жизнью» видел мисси­онер Альберт Швейцер, лауреат Нобелевской пре­мии мира основу нравственного обновления чело­вечества, основу мироутверждающего оптимистиче­ского мировоззрения, открывающего дорогу к Кос­мосу, к восприятию Универсума. Создатель госпи­таля в тропическом лесу Огове учил, что человек, осознавший свое единство со всем сущим, не мо­жет причинить вреда никакому живому существу, не страдая от этого сам ^[341]∖

На излете второго тысячелетия некоторые уче­ные и философы прониклись убеждением необходи­мости внедрения в сознание «западного человека» идей Востока о том, что мир — иллюзия (Майя), что человек — не главное в мире, что он равнопра­вен с другими существами. Они призывают сделать эти идеи своим внутренним, постоянным мирочув- ствием и тем самым побороть гордыню антропоцен­тризма^[342]^. По их мнению, включение в «западное сознание» древневосточных идей позволит челове­честву избежать самоубийства и сохранить жизнь

на планете во всем ее многообразии. Авторы, для которых ex oriente lux, видят в иуодохристианской вере в то, что человек был создан для господства над природой, первопричину глобального экологи­ческого кризиса, который стремительно надвигает­ся на человечество и неизбежно разразится, если не произойдет ассимиляция «западным сознанием» элементов восточного менталитета. Так, Л. Уайт пи­шет: «Христианство не только установило дуализм человека и природы, но и настояло на том, что во­ля Божья именно такова, чтобы человек эксплуати­ровал природу для своих целей» ^[343][344]), Но не забы­ли ли эти авторы, не забыл ли Уайт, что согласно сущности христианского вероучения владычество­вать «над рыбами морскими и над птицами небес­ными, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле» ²θθ∖ означает, прежде всего, быть ответ­ственным за них перед Творцом.

Человек ответственен за жизнь Биос и за каждую ее искру: за жизнь лебедя малого и ктыря гигантско­го, кита синего и овсяницы красной, незабудки лес­ной и воробья пустынного. Мы все — искры пламе­ни одной свечи: мохнатые, пернатые, когтистые, клыкастые, плывущие, ползущие, зеленые и слабые. Не наступи случайно, не погуби бездумно, не причини боли и зла. Однажды сотворенное зло всегда находит обратный путь. Возвращается неузнанным, облачен­ным в иные одежды. Возвращаясь, оно не приносит с собой искупление.

Согласно Сократу, достаточно хорошо мыслить, чтобы хорошо поступать. Эта сократова аксиома, слишком поспешно повторенная Декартом, не мо­жет быть истиной, если не имеет в основе своей чув­ства сострадания ко всем, кто напрягая все силы свои, большие или совсем малые, у кого какие есть, хранит в себе жизнь Биос. Сострадание — основа мудрости. Нет мудрости без сострадания. Величай­шее горе аиста с крыши Дюббольской мельницы — это горе мудрого шведского поэта Карла Снойльски, это горе каждого из нас. Боль и страдания каждо­го — это боль и страдания Биос; все слезы — ее, на чьих бы глазах они ни блестели.

Sunt lacrimae rerum... ^[345]-*

Иоганн Гердер, соединявший в себе талант фи­лософа и дар поэта с наблюдательностью натура­листа, достойной Жана Фабра, пришел к твердому убеждению, что не существует добродетелей или вле­чения в человеческом сердце, подобие которых здесь и там не проявлялось бы в мире ЖИВОТНЫХ ^[346]∖ Лев Толстой в философском- трактате «О жизни» про­возгласил: «Личность есть свойство животного и че­ловека ...» ^[347]). О том же говорит и Б. Л. Пастернак:

Деревья, только ради вас, И ваших глаз прекрасных ради, Живу я в мире в первый раз

На вас и вашу прелесть глядя. Мне часто думается, ~ бог Свою живую краску кистью Из сердца моего извлек И перенес на ваши листья. И. если мне близка, как вы, Какая-то на свете личность, В ней та же простота травы, Листвыw выси непривычность.

(Борис Пастернак)

Распознание человечности Биос началось в глу­бокой древности с ощущения человечности животно­го и растительного мира, с ощущения, находившего свое выражение в тотемических верованиях, в обого­творении животных и растений, в сознательном со­единении человека и животного в образах богов. Оно нашло свое выражение и в учении самсары, в кото­ром человеческая жизнь понимается как определен­ная форма бесконечной цепи перерождений. Эле­менты этого учения присутствуют уже в брахманах, древнеиндусских священных книгах, первые тексты которых восходят к X веку до нашей эры. Позднее в упанишадах идея самсары возводится в фундамен­тальный принцип.

Восприятие человечности животного и расти­тельного мира запечатлено в древнейших произве­дениях искусства, в эпоху бронзы, например, в ше­деврах минойской культуры. Доантичные критские вазы, украшенные сценами из жизни осьминогов и других обитателей моря, — убедительные свиде­тельства этому. То же ощущение человечности рас­тительного и животного мира великолепно отражено современником половецкого похода новгородского князя Игоря Святославича в поэтических образах

«Слова о полку Игореве»: Дева Обида машет своим лебединым крылом; птица в поле кличет — это Див; трава никнет к земле, оплакивая гибель героев.

В древности во многих странах особенно больших масштабов достигал культ обезьяны. И поныне она почитается как «священная» там, где сохранились древние религиозные традиции: в Индии ^[348]∖ Ки­тае ^[349]θ⁵^, Японии ^[350]), Перу ^[351]) , на Мадагаскаре ^[352]^.

Уже в древнем Египте со льва спала маска, кото­рую носят все звери. Под ней оказалось лицо чело­века, душевное. Проникшие в тайну зверей египтяне изваяниями сфинксов обозначили дороги, ведущие в храмы, «Но не духовное прежде, а душевное, по­том духовное» ^[353]∖ И оно! пришло, но позднее.