Курс наук н философское познание в афинской школе.

Как уже час­то отмечалось исследователями неоплатонизма, обучение философии в позднем неоплатонизме, начиная с Ямвлиха, и особенно в афинской школе Плутарха Афинского, Сириана и Прокла, осуществлялось в несколько этапов.

¹ Сам Прокл комментировал «Введение» Порфирия, «Об истолковании», «Первую» и «Вторую аналитики» Аристотеля, написал «Введение» к «Категориям». См. L. G. Westerink, Anonymous Prolegomena to Platonic philosophy, Amsterdam 1962, p. χϋ, n. 22.

¹ Marin., Vita 9.

² В Александрии Аристотель изучался в такой последовательности: логика, этика, физика, математика, теология (метафизика.—Д.Б.) (у Аммония см. CAG I V 4, 5.31-6.8). Филопон ставит этику на первое место (CAG ХШ 1, 5.15-33), хотя и не обосновывает такой выбор. Олимпиодор (CAG ХП 1, 8.29-9.13) и Элий (CAG XVHI2, 117.15-119.25) отдают предпочте­ние логике как началу всего курса. Симпликий (CAG VIH 5.3-6.5) считал, что моральное предуготовление должно быть, но им не является этическое учение Аристотеля. См. L.G. Westerink, Proclus Commentateur des Vers d’or в Proclus et son influence, Zurich 1987, pp.

³ Об уровне преподавания математики в Александрии см. I. Mueller, Mathematics and philosophy in Proclus^, Commenaty on book I of Euclid’s Elements в Proclus Iecteur et interprfete des anciens, Paris 1987, pp.305-309.

⁴ Прокл, по Марину, начал свои занятия с чтения «О душе» Аристотеля под руководством Плутарха Афинского.

IOO

сочинений, сопровождаемое критикой отступлений Стагирита от учения Платона и его возражений против существования идей, велось под руководством Сириана^. Помимо фундаментального влияния учения об уме и логики Прокл и его учителя прибегали к теориям Аристотеля в области физики^[179][180], политики, этики. Однако перипатетические заимствования помещались в рамку платонического учения, а формальная логика и метафизика Аристотеля (μικρά μυστήρια), наряду с арифметикой, геометрией и астрономией^[181] служили пропедевтикой к истинной философии: платонизму^[182][183]. Это было не познание бытия в чистом виде, но, скорее, познание познания, «критика» или точнее «догматика» познания, примерно соответствующая логике-канонике (теории познания) в эллинистических школах (стоицизм, эпикуреизм).

Собственно философское познание начинается с чтения Платона, которое пред­стаёт как последовательное движение, структурированное порядком диалогов. Анонимные «Пролегомены Платоновой философии» сообщают?, что в позднем платонизме все диалоги Платона сводились к двенадцати главным, подразделявшимся на диалоги пропедевтические, на диалоги о природе и диалоги о божественном. Первым следовало читать «Алкивиад I», поскольку его центральной темой было самопознание, затем диалоги располагались в соответствии с порядком добродетелей. «Горгий» имел в качестве своего σκOTT6? раскрытие политической добродетели, «Федон» — катартической, непосредственно следующей за политической. Поскольку знание сущего возникает благодаря этической добродетели, то следующие диалоги, «Кратил» и «Теэтет», должны на основе этой добродетели раскрыть, как осуществ-

IOl

ляется знание сущего соответственно в именах и самих вещах, — созерцательной соответственно именованию и мышлению. «Софист» и «Политик» трактовали о природе и природных добродетелях, «Федр» и «Пир» были посвящены теоретиче­ским добродетелям, раскрывающим божественное.

«Комментария Прокла к первой книге «Начал» Эвклида» ¹^ утверждает, что «есть (у Прокла.—Д.Б.) ряд текстов, непосредственно не связанный с курсом наук: «Орфическая теология», «О согласии Орфея, Пифагора, Платона с оракулами» ¹^, «О мифических символах», и пр. Это не совсем так, поскольку, во-первых, первые две работы не представляют сочинений самого Прокла, а являются его заметками на работах Сириана, а во-вторых, комментарий и истолкование «Халдейских Оракулов» и «Орфиков» служили непосредственным продолжением курса философского образования, его высшей ступенью, на которой, по Проклу, излагается «учение о божественном», причём различными способами.

Комментарий на «Алкивиад I» представляет собой особый интерес, поскольку в этом диалоге неоплатоники, начиная с Ямвлиха, видели всё содержание учения Платона, «заключённое как бы в семени», кроме того познание сущности человека было необходимым началом движения философского познания и спасения человече­ской души. Нашей задачей является проследить общую схему движения познания,

восходящего στ самопознания к высшим ступеням познания, а значит и бытия, проследить конкретные этапы этого движения, как они представлены в «Комментарии на «Первый Алкивиад»». Это движение берёт начало в обращении души на себя саму, в обретении ей себя как нематериальной сущности, и заканчивается соединени­ем души с единым как началом всего посредством того единого, которое заключается в нас.

3.2.