Классика

В соответствии с требованиями стратегем типологических в фактическом массиве знания обособим классику, неклассику, неонеклассику как три стадии, эпохи в эволюции науки.

Каков денотат представляющих тему исследования общеупотребительных квалификаций? Отправляясь от преобладающей семантической традиции понимания классического как канонического применительно к вопросам науки, будем толковать его в качестве исходно-эталонного, что некогда, кристаллизовавшись в мыслительной сфере, пустило корни, набрало силу, да такую значительную, что приобрело статус мировоззренческой программы, на протяжении долгого времени играло роль гносеологического этимона.

Оцениваемые «не» и «неофеномены», следовательно, суть постфеномены, однако ввиду самобытности, прин-

⁴⁴⁹Кондорсе М. Эскиз исторической картины прогресса человеческого разума. СПб., 1909. С. 126.

722

ципиальности единосущных черт своих никак не эпифеномены. Откуда и вытекает оправданность, правомерность аналитического рассечения столь органичного, внутренне цельного, пластичного комплекса, как познание, с обособлением в нем самодостаточных историко-культурных и эпистемических ландшафтов — классической, неклассической, неонеклассической науки.

Избегая «строгих», но аскетически тощих дефиниций, в понятие «классическая наука» вложим смысл совершенно специфического состояния ищущего интеллекта, которое реализовалось как главенствующее умонастроение на масштабном историко­культурном ареале от Галилея до Пуанкаре.

Система познавательных ориентаций, правил и навыков, принятых классикой, несомненно, отличалась единством и

однородностью. Исследовательские почерки Галилея и Бойля, Гука и Румфорда, Ньютона и Гюйгенса, Бюффона и Ламарка, Максвелла и Герца, Лавуазье и Берцелиуса, Гаусса и Кантора, Томсона и Лоренца действительно отмечает нечто общее, чему весьма явно может быть противопоставлено нечто общее, объединяющее, к примеру, стили исследования Бора и Гейзенберга, Берталанфи и Винера, Куранта и Бурбаки, Шредингера и Дирака, Брауэра и Геделя и т. д. И хотя ни один из названных корифеев классической науки не олицетворял и не репрезентировал ее единолично, и хотя каждый из них своей деятельностью объективно раздвигал ее пределы, стимулируя переход к науке неклассической, даже отвлекаясь от реальности таких исключений, как скажем, Лобачевский и Больцман, Дарвин и Риман, Минковский и Мендель, Галуа и Гиббс, теоретическая парадигма которых в значительной мере не укладывалась в мыслительные императивы классичес-

723

кой науки, — несмотря на это, все они были учеными- классиками, разделявшими и исповедывавшими единое научно­изыскательское кредо.

Эвристическое начало типических, многократно, подробно обсужденных особенностей теоретизирования (способ постановок проблем, приемы исследования, описание предметных областей, характер обоснования получаемых выводов, манера подачи, изложения результатов, формы фиксации и отстаивания утверждений) на классической фазе научного интеллекта составляли следующие концептуальные принципы.

Фундаментализм —допущение предельных унитарных основоположений, образующих для познавательного много- и разнообразия незыблемый монолит центр-базис, имплицирующий производные от него дистальные единицы знания.

Финализм —интенция на гомогенную, неопровержимую, самозамкнутую, абсолютно истинностную систему знания.

Имперсональностъ —субъективная отрешенность знания как следствие погружения последнего в область безличного объективно сущего, чуждого индуцируемых познающим субъектом аксиологических измерений.

Абсолютизм — субъект как асоциальный, аисторичный, среднетипический познаватель, отрешенное воплощение интеллектуальных способностей обладает талантом непосредственного умосозерцания истин, данных как извечные, неизменные, непроблематизируемые регистрации беспристрастного обстояния дел.

Наивный реализм — онтологизация познавательной рефлексии: постулирование зеркально-непосредственно-очевидного

соответствия знания действительности, восприятие содержания мыслительных отображений реальности как атрибутивного самой реальности.

Субстанциальность —элиминация из контекста науки параметров исследователя (натурализация познания), рефлексии способов (средства, условия) рефлексии субъектом объекта.

724

Динамизм —установка на жестко детерминистическое (аподиктически-однозначное) толкование событий, исключение

случайности, неопределенности, многозначности — показателей неполноты знания — как из самого мира, так и из аппарата его описания; ставка на нетерпимый к дополнительности, альтернативности, вариабельности, эквивалентности агрессивно­воинствующий монотеоретизм, навевающий тенденциозную авторитарно-консервативную идеологию всеведения

(исчерпывающе полное, вполне адекватное знание не как императив, а как реальность).

Сумматизм —ориентация на сведение сложного к простому с последующей реконструкцией комплексного как агрегата элементарных частей.

Эссенциализм —разрыв явления и сущности, сущности и существования, нацеленность на восстановление за наличной вещностью скрытых качеств, сил, олицетворяющих внутреннюю господствующую, самодовлеющую, преобладающую основу.

Аналитизм —движение мысли в колее дифференциации с разложением деятельности на предмет и метод, мира — на res extensa и res cogitans, целого — на основания с описанием функций и поведения исходно-элементарных единиц.

Механицизм —гипертрофия механики как способа миропонимания. С античного атомизма до вульгарного физиологического материализма XIX в. господствует редукционистская идеологема о мире-машине и человеке-автомате, которые ввиду этого доступны познанию.

Кумулятивизм —трактовка развития знания как линейного количественного его саморасширения за счет монотонной аддитации новых истин. Симптоматично в этом отношении такое убеждение Гегеля: большая и даже, может быть, большая часть содержания наук носит характер прочных истин, сохраняясь неизменной; возникающее же новое не представляет собой изменения приобретенного ранее, а прирост и умножение его.⁴⁵⁰ Отсюда энтелехия

⁴⁵⁰Гегель Г. В. Ф. Соч. Т. IX. М., 1936. С. 17.

725

познания — достижение все большего уровня систематичности и точности: будущие открытия в детализации наличного знания.

Гносеологическая утопия внутренне самоочевидного, принудительно необходимого, во всех частях доопределенного, неопровержимого знания, некритически смешивавшая должное с сущим, желаемое с действительным и неизменно (без малого триста лет) питавшая классику, потерпела фиаско. Фронтальную коррозию, а вслед за тем банкротство классического понятия знания обусловили объективные всеохватные изменения и в самой науке — упрочение неевклидовых геометрий, небулевых алгебр, квантоворелятивистской стратегии, аксиоматической программы конструкции оснований фундаментальных теорий, — ив

метанаучном сознании — капитальные ограничительные результаты Геделя, Тарского, Черча, Коэна, Левенгейма, Сколема в логике и математике, Эйнштейна, Бриджмена, Бора, Гейзенберга в естествознании. В результате указанных и идущих в створе с ними радикальных мировоззренческих трансформаций, требовавших пересмотра классического идеала и образа науки, индуцируемых

ими приемов и принципов осмысления действительности, оформляется противополагаемая классической неклассическая доктрина науки, опирающаяся на существенно иные (во многом контрарные) предпосылки, допущения.

4.5.4