Постпозитивизм. Поппер, Лакатос, Фейерабенд, Кун

Постпозитивизмом называют множество концепций, которые пришли на смену неопозитивизму. Сторонники различных пост­позитивистских концепций во многом не согласны друг с дру­гом, критикуют устаревшие представления неопозитивизма, но

сохраняют по отношению к нему преемственность.

Для Поппера неудачи концепции верификации (проверяемо­сти) научных предложений отнюдь не случайны. Методология ве­рификации строится на убеждении, что знание может быть аб­солютно истинным. Это иллюзорное представление. Рано или поздно на смену старой теории приходит новая, то, что казалось истинным, признается заблуждением. Поэтому задача эпистемо­логии, т.е. философии научного познания, состоит не в поиске теории, а в разрешении проблемы роста знания. Рост знания дос­тигается в процессе рациональной дискуссии, которая неизмен­но выступает критикой существующего знания. Поэтому свою фи­лософию Поппер называл критическим рационализмом.

Но какова логика научного открытия? Вопреки мнению индуктивистов Поппер считает, что ученые делают открытия, вос­ходя не от фактов к теориям, а переходя от гипотез к единич­ным высказываниям. Ученые пользуются гипотетико-дедуктив- ным методом. Из гипотез общего характера выводятся предложения, которые сравниваются непосредственно с прото­кольными предложениями. Если относительно теории и прото­кольных предложений, а также их совпадения ученые пришли к согласию, то теория считается временно подтвержденной. Так как ни одна теория не может бы1ть подтверждена окончательно, то она, по определению, имеет гипотетический характер, т.е. ее образуют не законы, а правдоподобные утверждения. Всякая тео­рия ненадежна, подвержена ошибкам (принцип фоллибилизма). Окончательно подтвердить теорию нельзя, зато ее можно опро­вергнуть (фальсифицировать).

Рост научного знания можно выразить следующей схемой:

Рх->ТТ->ЕЕ->Р₂

где P_l— исходная проблема; ТТ — пробные теории; ЕЕ — уст­ранение ошибок, содержащихся в ТТ; Р2 — новая проблема.

Различные гипотетико-дедуктивные структуры отличаются своей выживаемостью. В мире организмов выживают наиболее приспособленные к среде, в мире науки — самые непротиворе­чивые концепции.

Научной теорией признается лишь та концепция, которая под­дается сопоставлению с опытными данными, и, следовательно, в любой момент она может оказаться фальсифицированной. В от­личие от науки философия не поддается фальсификации, т.е. фи­лософия не имеет научного характера. Но, не обладая научным статусом, философия обладает смыслом, без нее не обойтись. Так Пойпер разрешает проблему демаркации (разграничения) науки и философии. Философия выступает у него как осмысление рос­та научного знания и включает, в частности, принципы рацио­нально-критической дискуссии, фоллибилизма, фальсифика- ционизма.

Попперу удалось выразить многие тонкости роста научного знания. Но его концепция также подвергается критике. В основ­ном за то, что Поппер свел рост научного знания к дуэли гипо­тез и фактов наблюдений. Но кроме гипотез и фактов наблюде­ний есть еще социальный и технический миры, совокупность многих других факторов, которые также влияют на рост науч­ного знания. Взять, например, тот же принцип фальсификации. Надо иметь в виду, что в результате научной критики ученые, даже обнаружив факты наблюдений, не описываемых данной тео­рией, отнюдь не спешат полностью отказаться от ее услуг. На­пример, механика Ньютона, несмотря на наличие огромного числа противоречащих ей фактов, широко используется совре­менными учеными. Требования, выдвигаемые Поппером, имеют, таким образом, нормативный характер, а это означает, что не все­гда нужно следовать им.

Рассмотрим воззрения ряда других постпозитивистов, кото­рые разработали свои собственные концепции. Английский философ Имре Лакатос выдвинул методологию научно-исследо­вательских программ. По Попперу, на смену одной теории при­ходит другая, старая теория отвергается полностью. Лакатос подчеркнул важность сравнения теорий друг с другом. К тому же, сравнивать следует не просто теории, а научно-исследователь­ские программы. Каждая научно-исследовательская программа содержит несколько теорий. “Твердое ядро” программы перехо­дит от одной теории данной программы к другой, а защитный пояс, состоящий из вспомогательных гипотез, может частично разрушаться. “Твердым ядром” научно-исследовательской про­граммы Ньютона являются три закона механики и закон тяго­тения. На этой базе было развито множество теорий, относящих­ся, например, к астрономии, учению о свете и т.д. Только тогда, когда будет разрушено “твердое ядро” программы, необходи­

мым окажется переход от старой научно-исследовательской про­граммы к новой. Новая прогрессивная научно-исследовательская программа должна быть более насыщена эмпирическим содержа­нием, нежели ее предшественница.

Подчеркивая необходимость сравнения теорий и научно-ис­следовательских программ, Лакатос сумел выделить важные моменты в процессе развития знания. Существенно здесь — раз­личение теорий и научно-исследовательских программ. Для ка­ждого, кто осваивает разнообразные учения, важно осознавать, в рамках какой научно-исследовательской программы и теории он находится. Такое осознание требует сравнения теорий и про­грамм. Если исследователь либо студент сведущ только в одной научно-исследовательской программе или, что еще хуже, толь­ко в одной теории, то эта программа или теория невольно при­нимается за абсолютную истину (сравнивать-то не с чем!). А это означает, что у субъекта отсутствует осознание своего действи­тельного научного статуса, который фактически очень жестко со­отнесен с одной научно-исследовательской программой, достоин­ства же других программ не осознаются и не понимаются.

Постпозитивисты справедливо обратили внимание на необхо­димость тщательного изучения истории развития научного по­знания. Изучение наук, не сопровождающееся изучением их истории, ведет к одностороннему знанию, создает условия для догматизма.

Отметим, что в нашем учебнике делается попытка учесть эти обстоятельства. Вы, наш читатель, знакомитесь с проблематикой основных философских программ, ни одну из которых, как нам представляется, не следует возводить в абсолют. Вернемся, од­нако, к воззрениям постпозитивистов.

Американский философ Пол Фейерабенд критикует кумуля- тивизм, согласно которому развитие знания происходит в резуль­тате постепенного накопления знаний. Фейерабенд — ярый сто­ронник тезиса о несоизмеримости теорий. Теории дедуктивно не связаны друг с другом, для них характерны разные тезисы и по­нятия. Согласно Фейерабенду, плюрализм должен господствовать не только в политике, но и в науке. Существует множество рав­ноправных типов знания. Возможность универсального метода познания Фейерабендом отрицается. Иногда он даже высказы­вался в том смысле, что все позволено, т.е. любая теория при­емлема, если только она принимается сообществом ученых. Кри­терии рациональности не абсолютны, они относительны. Нет таких критериев рациональности, которые были бы приемлемы

везде и всегда. Анархизм, считает Фейерабенд, не является слишком привлекательной политической доктриной, однако он служит прекрасным лекарством для философии познания и нау­ки, для тех, кто склонен ограничивать себя одним универсаль­ным методом. Но если нет жестких критериев научности, то ес­тественно предположить связь научных фактов с ненаучными. Последние влияют на науки и обладают самостоятельной ценно­стью. Наука, философия, религия и даже магия — все уместно, все обладает самостоятельной ценностью.

Заслуга Фейерабенда состоит в настойчивом отказе от приоб­ретших устойчивые черты идеалов классической науки, наука предстает как процесс размножения теорий, здесь нет единой ли­нии. Создается, однако, впечатление, что Фейерабенд недостаточ­но внимания уделял устойчивым тенденциям развития науки, а они ведь также существуют.

Томас Кун, американский философ, как и Фейерабенд, кри­тически относится к попперианской схеме развития науки. Основ­ная его мысль состоит в том, что в развитии научного знания осо­бую роль играет деятельность научного сообщества. Определяющее значение принадлежит не нормам логики, методологии, а пара­дигме, т.е. совокупности убеждений, ценностей, технических средств, принятых научным сообществом и обеспечивающих на­учную традицию. Парадигма по своему содержанию шире теории и шире научно-исследовательских программ. Если та или иная па­радигма господствует безраздельно, то налицо период нормальной науки. Разрушение парадигмы приводит к научной революции. Каждая парадигма обладает своими критериями рациональности, они не являются универсальными. Парадигмы несоизмеримы друг с другом, между ними нет сколько-нибудь непосредственной логической преемственности. Новая парадигма отменяет старую. Многие считают, что в своей концепции несоизмеримости пара­дигм Кун недооценивает преемственность научного знания. Под­черкивая, что наука есть результат деятельности научных коллек­тивов, Кун справедливо обращает внимание на особую значимость в науке социальных и психологических моментов.