§ 4. Биосоциальная природа человека

Среди наиболее важных проблем, решаемых философской антропологией, в первую очередь следует назвать вопрос о соотношении биологического и социального в человеке. То, что он является частью живой природы, к тому же продуктом биологической эволюции, теперь, на фоне современного ес­тествознания, стало в достаточной мере очевидным и прак­тически бесспорным уже не только для ученых и специалис­тов, но и для широкого круга образованных людей.

Именно поэтому человеческий индивид, помимо биоло­гических особенностей, обретает свою индивидуальность (на­личие единичных, неповторимых черт) и как социальное су­щество. Другими словами, становление человека в полном смысле этого слова происходит в обществе, и только в обще­стве. Как уже отмечалось: будучи оторванным от общества, например, в младенческом возрасте, человеческое существо развивается лишь как биологическая особь, и практически безвозвратно утрачивает способность стать полноценным человеком, т.е. утрачивает способность овладеть нормаль­ной речью, навыками общения, обучиться труду — коллек­тивной совместной деятельности и т.п.

Дуалистическая и монистическая концепции человека

Из признания биологических и социальных различий между людьми и их неповторимо­сти проистекают два принципиальных под­хода к пониманию целостности человечес­кой природы: дуалистический и монистический.

Дуалистический взгляд на человека, идущий еще с доис­

торических времен, заключается в том, что человек рассмат­ривается как существо, состоящее, с одной стороны, из ма­териального организма, а с другой — из нематериальной души, которая является самостоятельной сущностью и уп­равляет этим организмом.

Монистическая же концепция понимания человека, раз­деляемая большинством современных ученых, исходит из того, что психика человека, его чувства, мысли, эмоции и настроение — есть не что иное, как результат жизнедеятель­ности нервных клеток головного мозга, который в свою оче­редь является лишь составной частью человеческого орга­низма. По мнению сторонников данного подхода нет никаких достаточных оснований полагать, что психические явления имеют в своей основе что-то нематериальное, по­этому в объяснении природы психического нет причины вы­ходить за пределы материальных процессов, протекающих в организме человека.

Таким образом, обозначенная проблема не сводится к тому, является ли человек по своей природе существом толь­ко биологическим или только социальным. Он, несомненно, и то и другое.

Но каково соотношение в нем этих двух начал, домини­рует ли одно из них над другим и что определяет сущность человека — это уже предмет серьезных дискуссий. Огово­римся сразу: и сегодня указанные вопросы не имеют одно­значного решения, а различные современные биологические, психологические и тем более философские школы дают на него весьма противоречивые ответы. Серьезные же основания для дискуссий есть. Так, из интервью директора Института моле­кулярной генетики РАН академика Е.Д. Свердлова «Новым Известиям» (9 декабря 1998) следует, что последние достиже­ния в области исследования генотипа человека подтверждают факт, который раньше активно оспаривался, а именно — пове­дение человека на 70-80% определяется генами, т. е. наследу­ется. В частности, например, такое мироощущение как счаст- ливость не воспитывается и не очень сильно зависит от обстоятельств. В то же время и влияние социальной среды на

формирование человека не вызывает сомнения, но вот эффек­тивность общественного воздействия, степень такого влия­ния — остаются вопросами открытыми, дискуссионными.

Из всего многообразия существующих подходов к реше­нию данной проблемы выделим две наиболее разработанные и чаще всего обсуждаемые концепции, именуемые как биоло- гизаторская и социологизаторская, которые являются выраже­нием крайних позиций в понимании биосоциальной приро­ды человека.

Биологизаторские Так, сторонники биологизаторских кон- концепции цепций стремятся объяснить человека, ис­

ходя из его естественного, биологическо­го начала. Первой наиболее известной попыткой такого объяснения можно считать теорию уже упоминавшегося Т.Мальтуса, который в конце XVII1 в. предложил рассматри­вать общественную жизнь как арену борьбы отдельных людей за свое существование, где побеждают сильнейшие, а слабые обречены на гибель. При этом, указывал Мальтус, люди вов­лечены в такую борьбу естественными обстоятельствами, в соответствии с которыми численность народонаселения, ра­стущая в геометрической прогрессии, сдерживается нехват­кой средств существования, ибо их увеличение происходит только в арифметической прогрессии. Отсюда голод, эпиде­мии, войны рассматриваются им как «естественные», неиз­бежные и даже необходимые регуляторы общественных отно­шений, обеспечивающие выживание сильнейшим.

Нерешенность демографических проблем, а тем более резкое обострение их в XX столетии способствовали тому, что идеи Мальтуса имели и продолжают иметь своих сторон­ников, именуемых неомальтузианцами. В познании сущно­сти человека они придерживаются, по существу, тех же био­логизаторских позиций, но несколько смягчили свои взгляды в отношении «естественных» регуляторов численно­

сти населения, не считая их теперь единственно возможны­ми и неизбежными.

Биологизаторские взгляды характерны также, например, для социал-дарвинистов, которые получили известность на рубеже XIX и XX вв. тем, что абсолютизировали учение Дар­вина о естественном отборе и эволюции и с этих позиций пытались объяснить не только происхождение человека, но и его сущность, а в конечном счете — и всю природу обще­ственных отношений. Эту же линию продолжает теперь со­циобиология, делающая акцент на генетической наследствен­ности, которая одинаково присуща и людям, и животным.

Сходные взгляды на природу человека можно обнару­жить и в расистских концепциях, объявляющих превосход­ство одних людей над другими исключительно по признаку их принадлежности к «высшим» или «низшим» расам, что ярко проявилось, в частности, в фашистской идеологии, ра­товавшей за «расовую гигиену» и осуществление «расового отбора». В значительной мере эти идеи опирались на полу­чившую развитие в конце XIX— начале XX вв. евгенику — учение о том, какими средствами и каким образом можно достигать «высшего качества наследственности человека».

Одно время евгеника стала столь популярной, что в ряде стран оказалась тесно связанной с государственной полити­кой. Так, в 20-е — 30-е годы в Дании, Швеции, Норвегии даже были приняты расовые законы, социально закрепляв­шие естественный отбор в обществе.

Социологизаторские В противоположность биологизаторско- ■онцепции му, социологизаторский подход характе­

ризуется тем, что природу человека пы­таются усмотреть в общественных отношениях, зачастую не просто противопоставляя социальное биологическому, духов­ное— плотскому, но и рассматривая биологическое начало в

человеке как более низкое, животное и даже низменное, а по­тому не заслуживающее серьезного внимания. Акцент же пе­реносится на анализ общественных отношений и на выявление той роли, которую играет общество в становлении индивида, личности. В итоге общественное доминирует над индивидуаль­ным, подавляя и растворяя его в себе, что является наиболее ха­рактерным для тотальных социальных систем и обосновываю­щих их философских концепций, в частности, для философии Платона и марксизма. В более общем плане эта проблема яв­ляется проблемой индивидуализма и коллективизма.

Платон, например, отдельного человека полностью под­чинил обществу, а свою неприязнь по отношению к личнос­ти, его естественной природе выразил так: «Никто не должен оставаться без начальника — ни мужчины, ни женщины.

Марксистская позиция также характеризуется социоло­гическим детерминизмом в понимании человека, что наи­более ярко передают слова К.Маркса: «Сущность человека не есть абстракт, присущий отдельному индивиду. В своей дей­ствительности она есть совокупность всех общественных от­ношений». (Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 3. С. 3). Человек в марксизме, во многом как и в философии Платона, раство­ряется в обществе, находится в подчиненном положении по

отношению к нему и свою жизнь должен посвятить коллек­тиву, достижению общего блага.

Слова известной песни советских лет «Прежде думай о Родине, а потом о себе» — стали определенным символом того времени, когда марксистскую теорию активно пыта­лись претворить в жизнь.

Какими качествами обладает человек, хорошими или плохими, зависит от того, в каком обществе он живет, счи­тают марксисты, поэтому, чтобы устранить отрицательные человеческие качества, необходимо прежде изменить обще­ственные отношения, положив в их основу идеи гуманизма, равенства, справедливости.

Появление такого идеального (коммунистического) обще­ства предопределено объективным ходом общественного раз­вития, считал К.Маркс и его последователи, а потому и станов­ление нового человека, «всесторонне развитой личности», освободившейся от «груза прошлого» (эгоизма, агрессивнос­ти, алчности и т.п.) и обладающей только социально значимы­ми качествами (альтруизмом, миролюбием, добротой, беско­рыстием и т.п.), также исторически предопределено.

Эта гуманистически привлекательная и на первый, некри­тический взгляд осуществимая перспектива эволюции общества и человека на самом деле является не такой уж безобидной уто­пией. Известный английский философ и видный исследователь марксизма К. Поппер (1902—1994) заметил: «Чтобы справедли­во судить о марксизме, следует признать его искренность». Од­нако, добавляет философ, «несмотря на все его несомненные достоинства, я считаю Маркса ложным пророком. Он был про­роком, указавшим направление движения истории, и его про­рочества не сбылись. Однако я обвиняю его прежде всего в дру­гом. Намного важнее, что он ввел в заблуждение множество интеллигентных людей, поверивших, что историческое проро­чество — это научный способ подхода к общественным пробле­мам. Маркс ответственен за опустошающее воздействие исто- рицистского метода мышления на тех людей, которые хотели защитить принципы открытого общества». (Поппер К. Откры­тое общество и его враги. М., 1992. С. 98—99).

Сущность Так как же понимать человека, если отка-

человека заться от крайностей биологизаторских и

социологизаторских подходов? Кто же он, человек, на самом деле — Бог или зверь, волк или овца? «Одни полагают, что люди — это овцы, другие считают их хищными волками. Обе стороны могут привести аргументы в пользу своей точки зрения... Великие инквизиторы и дик­таторы основывали свои системы власти как раз на утверж­дении, что люди — это овцы». {Фромм Э. Душа человека. М., 1992. С. 16). А известный английский философ Т.Гоббс счи­тал, например, что «человек человеку — волк». В конечном же счете такая постановка вопроса есть не что иное, как по­пытка заострить извечную проблему — о добром и злом на­чале в человеке, о его альтруизме и агрессивности, способ­ности совершенствоваться, преодолевая пороки.

Но слишком тесно переплетены в нем различные, в том числе и прямо противоположные качества, чтобы судить о человеке однозначно. «Странное существо, — говорит о нем Н.Бердяев, — двоящееся и двусмысленное, имеющее облик царственный и облик рабский, существо свободное и зако­ванное, сильное и слабое, соединившее в одном бытии вели­чие с ничтожеством, вечное с тленным». (Бердяев И. Смысл творчества. С. 296).

Современное состояние человечества, как и многовековая его история непрекращающейся борьбы, перманентных рас­прей и конфликтов, не дают пока повода для излишнего оп­тимизма в оценке нравственных преобразований человека, ибо войны и насилие, агрессивность и несправедливость — все еще такие же обычные явления общественной жизни, как и преж­де. Обращая внимание на природу этих явлений, известный философ и психоаналитик Э.Фромм (1900—1980), в частности, писал: «Меня часто несправедливо упрекали в недооценке зла, потенциально заложенного в человеке. Хотелось бы подчерк­нуть, что я далек от подобного сентиментального оптимизма. Тот, кто обладает длительным опытом практикующего психо­аналитика, едва ли может быть склонен к недооценке деструк­тивных сил в человеке». (Фромм Э. Душа человека. С. 18—19).

Однако, подчеркивал он далее, существует опасность того, что роль деструктивных факторов в человеческой природе может быть неправомерно преувеличена, в то время как «подобная точка зрения, нередко козыряющая своим необыкновенным реализмом, является заблуждением». (Там же. С. 19).

В попытке понять человеческую сущность нельзя не учи­тывать того, что человек обладает не только внешними, но и внутренними, скрытыми характеристиками, которые в своей совокупности формируют определенный его образ, отражаемый в таких понятиях, как индивид, индивидуаль­ность, личность. Иными словами, сущность человека нуж­но искать в единстве его внутреннего и внешнего бытия, в его деятельном отношении к миру.

Таким образом, если индивид выступает как обобщенный образ конкретного человека, а индивидуальность характеризу­ет его как носителя тех или иных специфических черт, то в по­нятие «личность» вкладывается еще более узкий смысл, так как в этом случае человек берется в совокупности со всеми его со­циальными качествами, что позволяет говорить о личности, имея в виду лишь ту или иную систему общественных отноше­ний. То есть понятия «индивид» и «индивидуальность», допус­кающие широкое толкование, могут быть применены не толь­ко к человеку, понятие же «личность» всегда связано с человеком как общественным существом, и только с ним.

Любая личность характеризуется сознательно-волевой активностью, в основе которой лежит рациональная деятель­ность. «То обстоятельство, что человек может обладать пред­ставлением о своем Я, бесконечно возвышает его над всеми другими существами, живущими на Земле. Благодаря этому он личность», — подчеркивал И.Кант. (Кант И. Соч. Т.6. М., 1966. С. 357). Человек также проявляется как личность, ког­да целенаправленно реализует свой творческий потенциал, создавая новые материальные и духовные ценности.

Современная наука выделяет три важнейших фактора, влияющих на формирование личности: генетическую наслед­ственность, культурную среду и обстоятельства жизни. В ре­зультате взаимодействия этих составляющих человек как лич­

ность обретает специфический, присущий ему и только ему набор качеств: соответствующие потребности, интересы, тем­перамент, способности, мотивации, целевые установки, нрав­ственность и т.п. Эти индивидуальные особенности человека, отличающие его от других людей, формируются в значитель­ной степени под влиянием тех социальных и культурных ус­ловий, в которых он живет, что позволяет говорить о принци­пиальной роли, которую играет общество в формировании и становлении личности, хотя она и может развиваться как в со­гласии с общепринятыми нормами, так и вопреки им. И в этом плане можно говорить как о положительных, так и об отрица­тельных личностях.

Имея в виду противоречивость человеческой натуры и принимая во внимание тот факт, что и теперь он все еще не только созидатель, но и разрушитель, многие ученые и фило­софы связывают положительные тенденции в эволюции чело­века и перспективы социальных перемен с гуманизацией об­щественных отношений, с установлением и укоренением в сознании людей общечеловеческих норм. При этом необходи­мо принять во внимание, что на протяжении всей жизни че­ловек непрерывно эволюционирует как единое целое, с одной стороны, стремясь к осуществлению поставленных перед со­бою целей и задач, а с другой — испытывая на себе влияние ок­ружающей социальной и природной среды. Иными словами, в своем развитии он всегда является и субъектом, и объектом одновременно, что предопределяет появление еще одной важ­ной персональной и философской проблемы, связанной с са­мореализацией личности и поиском смысла жизни.