Любовь

“О любви не говори — о ней всё сказано” — эти слова из старой песни. Некоторые и в самом деле так думают: о любви не нужно говорить, а просто лю­бить (т. е. не рассуждать, не теоретизировать по ее поводу).

ЛЮБОВЬ-ЧУВСТВО И ЛЮБОВЬ-

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ. Любовь не только и даже не столь­ко чувство. В главном своем значении она есть дея­тельность — ума, души и тела. К любви следует отно­ситься как к особой форме человеческой деятельности. Как чувство, противоположное ненависти, она прояв­ляет себя во всех видах человеческой деятельности и общения, но как специальная деятельность она осу­ществляется только в половом общении мужчины и женщины.

К сожалению, до сих пор нет целостной философ­ской или научной теории любви. Как объект исследо­вания она отдана на откуп медикам, психологам, спе­циалистам по этике. А они рассматривают любовь ка­ждый “со своей колокольни”. Медики — в аспекте от­клонений от нормального полового поведения, сексо­патологии, психологи — как эмоционально­психологическое отношение, специалисты по этике — как нравственную категорию. Недавно появилась но­вая научная дисциплина — сексология. Но и она рас­сматривает любовь преимущественно с физической стороны, как секс. Имеется также масса высказываний писателей, деятелей культуры, философов, ученых, ре­

лигиозных проповедников, которые в силу своей раз­розненности отнюдь не способствуют целостному по­ниманию любви. Отсутствие полноценной теории любви приводит к тому, что о ней формируются одно­сторонние, искаженные представления. Среди этих представлений наиболее распространенным является представление о любви как чувстве, желании, влече­нии, т. е. как эмоционально-психологическом отноше­нии субъекта к объекту любви.

Большая путаница от того, что одним и тем же сло­вом обозначают человеческое чувство, противополож­ное ненависти, и человеческую деятельность, лежа­щую в основе отношений мужчины и женщины. Пута­ница эта, правда, исторически объяснима: раньше по­нятия людей были недостаточно отдифференцированы друг от друга, недостаточно определены в своем со­держании, расплывчаты. Так и любовью называли, продолжают называть все, сходное с самым сильным чувством, рождающимся в отношениях мужчины и женщины. Это в какой-то мере оправдано. Ведь в ос­нове любви-чувства и любви-деятельности лежит одно и то же стремление — к гармонии, единству, красоте (прекрасному). Любовь является конкретным (эмоцио­нальным и/или деятельностным) выражением гармо­нического противоречия. (В самом деле, в любви мужчина и женщина выступают как гармонические противоположности: только благодаря своим противо­положным половым качествам они любят друг друга. Их любовные взаимоотношения, духовные и физиче­ские, весьма сложны. Если они заканчиваются, то не

победой или поражением одной из сторон, а общим делом их любви — рождением и воспитанием детей^[34]. Могут сказать, а как же гомосексуальные отношения? Ответ таков. Во-первых, гомосексуальные отношения не так уж часты; они — исключение из правила, кото­рое лишь подтверждает правило. Во-вторых, и в гомо­сексуальных отношениях образуются так или иначе своеобразные, квази- противоположности, именуемые «активом» и «пассивом».)

Любовь-деятельность есть не просто эмоциональ­ное переживание стремления к гармонии, единству, красоте, а само это делание-воспроизводство гармо­нии, единства, красоты.

Разграничивая любовь-чувство и любовь- деятельность, нужно еще отметить, что последняя не всегда связана с высоким накалом чувств, любовных переживаний, т. е. с тем, что обычно поэты и писатели- романтики только и называют любовью. Любовь- деятельность не есть что-то исключительное, встре­чающееся лишь изредка. Диапазон форм любви- деятельности весьма широк: от непосредственного по­лового импульса и контакта до высочайших форм любви, в которых половое влечение и общение “оде­ты” в самые нарядные, эстетизированные, духовно ос­мысленные “одежды” чувств и поведения любящих.

По мнению романтически настроенных людей не всякое половое общение есть любовь. Я утверждаю, что если половое общение происходит между нор­мальными людьми, то оно заслуживает того, чтобы его именовали любовью — так ведь в простом народе по­ловое общение и называют “любовной связью”, “лю­бовной жизнью”; еще говорят: “заняться любовью”, т. е. вступить в половое общение. Конечно, есть лю­бовь и любовь. Есть любовь примитивная, ущербная,

неполная и есть любовь высокая, полная, настоящая. Вообще любовь такова, каков человек. И если мы всякого человека, каким бы он ни был, называем чело­веком, то и его половые отношения, какими бы они ни были, мы должны называть любовью.

ЛЮБОВЬ—СЕКС. Проблема любви и половых от­ношений приобрела в последнее время заостренную форму: как проблема любви и секса. Любовь и секс порой резко разделяют и даже противопоставляют. Конечно, если под любовью понимать только чувство, то, безусловно, любовь и секс — разные вещи. Если же любовь понимать как деятельность (в аспекте полово­го общения мужчины и женщины), то становится оче­видным, что такая любовь необходимо предполагает секс. Ведь что такое секс, как ни поведение, связанное с удовлетворением половой потребности. А разве по­ловая любовь возможна без полового влечения и дей­ствий, направленных на его удовлетворение? Нет, ко­нечно.

(Примечание. Половая потребность — очень сложная категория.

Некоторые утверждают еще, что секс возможен без любви, что удовлетворение половой потребности не всегда можно назвать любовью. Да, действительно,

бывает так, что вступающие в половой контакт не на­зывают свои отношения любовью и даже стыдятся на­зывать их любовью. Но от этого любовь не перестает быть любовью. Миллионы людей любят и при этом никогда не употребляют слово “любовь”. (Это при­мерно так же, как все говорят прозой, но лишь немно­гие знают об этом.) Если половое поведение исходит от человека и направлено на человека же (на противо­положный пол), то оно всегда не просто секс, не про­сто физические действия, манипуляции, а любовь, че­ловечески осмысленная, в той или иной степени оду­хотворенная, окрашенная человеческими чувствами сексуальность. Чисто по животному человек не может любить, как бы он этого ни хотел; он не может отри­нуть от себя свою человеческую природу. Всякий секс человечен и потому заслуживает названия челове­ческой любви.

Неправы те, которые под сексом понимают чистую физику половых отношений. Человек целостен в своих жизненных проявлениях и поступает всегда не только как животное, биологическое существо, но и как суще­ство духовное, нравственное, социальное. Да, секс — физика, но не как нечто самодовлеющее, а как часть любовных, человечески любовных отношений мужчи­ны и женщины, как физическая сторона их любви.

В сексе есть своя поэзия, своя эстетика и даже своя духовность! Сам по себе секс не виноват в том, что он бывает груб, примитивен, неэстетичен, бездуховен. Именно от людей зависит его качество. Грубые, при­митивные натуры и секс делают таким. Напротив, ум­

ные, духовно развитые люди, ценящие физику отно­шений, и секс делают интеллектуально насыщенным, эмоционально богатым, изощренным, настоящим праздником-пиршеством жизни.

ЦЕННОСТЬ ЛЮБВИ ДЛЯ ЖИЗНИ. Существуют две крайности в оценке любви как фактора жизни.

Есть люди, которые пренебрежительно относят­ся к ней или считают ее необязательной для жизни. Их можно только пожалеть. Они лишают себя сущест­венной части жизни. Большинство этих людей так или иначе влюбляются, увлекаются и занимаются сексом. Но всё равно, они не дорожат любовью и поддаются ее чарам как бы нехотя, удовлетворяют свои любовные желания в самом простом, примитивном варианте. Между тем любовь — мощнейший двигатель-фактор жизни, благодаря которому и другие ее стороны и сама она в целом, обретают смысл-значение, обогащаются, расцвечиваются тысячами красок. Под лучами любви всё представляется в самом лучшем свете, сама жизнь не только обретает смысл, но и становится постоян­ным источником радости-наслаждения. Любящий че­ловек предрасположен к добру, к гармоничным отно­шениям с другими людьми, вообще со всем миром. Любящий человек, безусловно, любит природу, жи­вотных, растения. Любящий человек любит себя, свое тело и душу, свою любовь, хочет соответствовать ей, ее чарующей красоте-гармонии, хочет быть лучше, учиться, совершенствоваться, творить, созидать, дер­зать, быть достойным предмета любви (любимой или любимого).

Любовь имеет величайшую ценность благодаря то­му, что она является одним из самых сильных источ­ников положительных эмоций, наслаждения и радости. А значение положительных эмоций трудно переоце­нить. Они ободряют, мобилизуют и, с другой стороны, смягчают действие разных стрессоров. Если положи­тельных эмоций мало, то жизнь постепенно превраща­

ется сначала в прозябание, пустое существование, а за­тем в самый настоящий ад.

Без любви, без любовных утех человек лишается значительной части положительных эмоций. Он может стать из-за этого мизантропом, психопатом, быстро увядать, дряхлеть, стареть...

Если любовь служит злу, то это для нее привходя­щее обстоятельство. Сама по себе любовь не является ни вампом, ни убийцей... Ее нельзя ни демонизиро­вать, ни представлять эдаким сладким ядом. В боль­шинстве случаев любовь нормальна, т. е. такая, какой она должна быть или имеет место у мужчин и жен­щин.

Сама любовь внутри себя — целый мир, восхити­тельный и прекрасный!

Другая крайность в оценке любви: ее абсолютиза­ция. Эта абсолютизация может носить разный харак­тер. Для молодых любовь может быть равна жизни и они порой ставят вопрос ребром: если нет любви, то не стоит жить (без любви нет жизни). Сколько из-за этого драм и трагедий! Сколько искалеченных жизней, са­моубийств! Художественная литература переполнена подобными сюжетами. Вспомним хотя бы трагедию Шекспира “Ромео и Джульетта”. Любовь стоит того, чтобы ради нее жить, но она не стоит того, чтобы из-за нее умирать.

Еще одна абсолютизация любви: когда ради любви человек жертвует не жизнью, а другими существен­ными ее сторонами, например, любимым делом, твор­чеством... Погружение в любовь порой затмевает всё остальное. Человек становится рабом любви, превра­щается в сексуальную машину, в тряпку, растрачивает свою жизнь на любовные похождения или становится подлецом, нравственным уродом, преступником, убийцей.

Своеобразной абсолютизацией любви является также проповедь всеобщей любви, когда ее ставят в

центр индивидуальной и общественной жизни. Выше я критиковал такую абсолютизацию любви в творчестве Толстого.

Итак, кто слишком много внимания уделяет любви, тот, как правило, становится ее жертвой. Погружение в любовь также опасно, как и бегство от любви. Вообще очень важно, с одной стороны, сознавать жизненную важность любви, а с другой, не переоценивать ее зна­чение.

Самоценность любви. Нужно иметь в виду, что любовь относительно независима как от любящего, так и любимого, т. е. от субъекта и объекта любви. Ее от­носительная независимость от любящего проявляется в том, что она может застать его врасплох или возник­нуть даже вопреки его воле и разуму. Ее независи­мость от объекта любви проявляется в том, что кон­кретный объект может быть не самым лучшим вариан­том и, более того, как в поговорке “любовь зла, полю­бишь и козла”, объект может быть просто ничтожным или опасным для любящего. Чтобы любовь не застала человека врасплох и не диктовала ему своих условий, он должен готовиться к ней, набираться опыта, учить­ся распознавать возможную любовную лихорадку и тех “любимых”, от которых ему надо держаться по­дальше.

ЛЮБОВЬ: НОРМА, ОТКЛОНЕНИЯ, ПАТОЛО­ГИЯ. Любовь как род деятельности в своей основе нормальна и в то же время допускает различные от­клонения от нормы вплоть до патологии. Есть опреде­ленная трудность в оценке того, что является нормаль­ным в любви, а что ненормальным.

По всей видимости, нормальная любовь — это по­ловая любовь (между мужчиной и женщиной), которая поддерживает, гармонизирует, совершенствует на­стоящую их жизнь и воспроизводит новую. Короче: нормальная любовь — взаимная, разделенная любовь между мужчиной и женщиной.

Не следует думать, что нормальная любовь одина­кова для всех, что она — образец идеальной любви, которой должна соответствовать реальная любовь.

Нормальная любовь едина и многообразна, типична и индивидуальна, серийна и уникальна. Она нормальна как нормален здоровый человек. Если здоровье для нас

— непререкаемая ценность, то и нормальная любовь

— такая же ценность.

Норма в любви — это мера, середина между край­ностями, единство и динамическое равновесие проти­воположностей. Так — в общем и целом. Конкретно же норма флуктуирует в ту или иную сторону. Она по своей сути статистична. Поскольку нет идеальной се­редины, идеального равновесия, постольку нет и иде­альной любви. Реальная любовь всегда чуточку отли­чается от того, что мы представляем как идеальное. И она разная у разных людей.

Нормальным является не только равенство полов, но и некоторое доминирование одной из сторон. Нор­мально не только равновесие духовного и физическо­го, но и некоторое преобладание того или другого. У одних может быть более выражено эстетическое (дис­тантное) начало любви, у других — чувственно­осязательное (контактное).

Нормально различие спокойной и страстной любви. Вполне допустимо-терпимо различие любви с эгоцен­трическим уклоном (когда человек любит больше себя, чем другого) и любви с альтруистическим уклоном (когда человек больше любит другого, чем себя). И т. д., и т. п.

Ненормальная любовь —это всякая иная любовь.

Ненормальна безответная, неразделенная любовь, поскольку в ней жажда гармонии и счастья не реализу­ется. Ненормальна любовь наедине. Это то, что назы­вают самоудовлетворением. Последнее может проте­кать в двух формах: в виде самопроизвольного удовле­творения полового желания, поллюции, либо в виде

мастурбации, осознанных действий по самоудовлетво­рению.

Ненормально изнасилование. Ненормальна одно­полая любовь (гомосексуализм). Ненормально удовле­творение полового желания с помощью животных, мертвых и т. п. Ненормальна виртуальная любовь (по интернету).

Напомню, суть половой любви в том, что она пред­ставляет собой гармоническое противоречие и как таковая основана на противоположности полов. Без этого противоположения нет настоящей, нормальной любви. Самоудовлетворение, однополая “любовь” (го­мосексуализм), изнасилование, удовлетворение поло­вого желания с помощью животных, виртуальная лю­бовь и т. д. — лишь тени, бледные копии, суррогаты любви. Они ненормальны именно потому, что пред­ставляют собой деформацию любви как гармоническо­го противоречия. Например, сколько бы ни лелеяли, ни восхваляли гомосексуалисты свою “любовь”, она все­гда будет оставаться деланной, искусственной, осно­ванной лишь на некотором подобии половой противо­положности. Вследствие этого она всегда будет “лю­бовью” сексуальных меньшинств, т. е. исключением из правила. Преувеличенное внимание к этой любви в со­временном обществе — временное явление, своеоб­разные издержки сексуальной революции.

Или виртуальная любовь (по интернету). Она мо­жет быть хороша, если является прелюдией или до­полнением к живой любви. И она, безусловно, ненор­мальна, если замещает последнюю.

Чисто духовная любовь к противоположному полу (неразделенная или виртуальная), безусловно, лучше, чем безлюбое состояние (пустота чувств). Более того, она может быть полезна в общем контексте жизни, как своеобразный любовный тренинг и как стимул к твор­честву, к самосовершенствованию. Тем не менее, че­ловек должен сознавать недостаточность такой любви,

не зацикливаться на ней, стремиться к полноценным любовным отношениям.

То же можно сказать о самоудовлетворении. Оно лучше, чем ничего, но хуже нормальных половых от­ношений.

Ненормальная любовь — не обязательно патоло­гия. Она становится таковой лишь при определенных условиях, а именно: либо в результате психического заболевания, либо как следствие преступных действий.

ЛЮБОВЬ И БРАК. Половая любовь — основа бра­ка. Тем не менее нельзя категорично утверждать, что брак по любви во всех случаях лучше брака по расче­ту. Любовь — необходимое условие брака, но не един­ственное. Для брака нужны и другие условия: жилищ­ные, финансовые, единый подход к детям, человече­ское взаимопонимание... Поэтому не должно быть противопоставления брака по любви и брака по расче­ту. Он должен быть и по любви, и по расчету!

Бывают случаи, когда девушка-женщина выходит замуж не по любви, вынужденно (по расчету или по принуждению). Здесь возможны два сценария разви­тия событий:

1) лучший — когда супруги могут постепенно при­дти к взаимной любви, и

2) худший — когда брак превращается в пытку. В этом случае не следует испытывать судьбу, а нужно без промедления разойтись.

Следует иметь в виду, что современный брак принципиально отличается от того, который был еще сто лет назад. Особенно это касается супруже­ской жизни в больших городах.

Во-первых, появился так называемый пробный брак (когда молодые в течение достаточно длительного времени живут как муж и жена без оформления брач­ных отношений).

Во-вторых, широкое распространение получил так называемый гражданский брак (когда мужчина и

женщина живут вместе как сожители, опять же без юридического оформления брачных отношений).

В-третьих, меняется характер супружеских (внут- рибрачных) отношений. На смену строгому единобра­чию (с отдельными, более или менее случайными суп­ружескими изменами) приходит полулегальная форма брака «с прицепом» (брак+внебрачные любовные от­ношения). Все больше жена для мужа перестает быть единственной женщиной, т. е. переходит в разряд главной, но не единственной женщины. Постепенно и муж для жены перестает быть единственным мужчи­ной, а приобретает статус главного (но не единствен­ного) мужчины. В строгом смысле моногамия (едино­брачие) канула в лету.

В-четвертых, скорее правилом, чем исключением становится череда-цепь браков в течение жизни (брак- развод-брак...). Иными словами, если рассматривать брак во времени, то он фактически стал полигамным.

Все эти изменения института брака, как мне пред­ставляется, не являются результатом падения нравов. Идет глубинный процесс либерализации правил жиз­ни, расширяется сфера свободы человека, в том числе и сфера свободы любовных, сексуальных отношений. Институт брака лишь приспосабливается к этому из­менению любовных отношений.

13.11.