Глава 2. Принцип разделения властей
В основе организации власти в демократическом государстве лежит принцип разделения властей - политикоправовая доктрина и конституционный принцип, являющийся важнейшим атрибутом современной демократии.
В современном мире разделение властей - характерная черта, признанный атрибут правового демократического государства. Сама же теория разделения властей является итогом развития политико-правовой мысли, многовекового формирования государственности, поиска наиболее эффективных механизмов, охраняющих общество от тирании и деспотизма. Возникновение идеи разделения властей связано с пониманием той угрозы, которую несет обществу нераздельная, всеобъемлющая власть.
Теория разделения властей подобно другим научным идеям и концепциям имеет свою историю. Она является результатом развития европейской политико-правовой мысли, социально-политического развития европейских государств в организации государственно-правовой жизни и поддержании стабильности в обществе и государстве.
Несмотря на глубокие исторические корни, теория разделения властей как цельная политическая доктрина сформировалась только в Новое время, и обрела свой классический вид в трудах Джона Локка, Шарля Луи Монтескье, Иммануила Канта, Александра Гамильтона, Джеймса Мэдисона и др.
Как показали основоположники концепции современной либеральной демократии, принцип разделения властей раскрывает принципиальное отличие демократического государства от других форм государственного правления - тирании, деспотии, абсолютной монархии.
Так, в абсолютистских монархиях, в условиях деспотизма и тирании не существует разделения властей, как правило, здесь глава государства сам издает законы и сам их исполняет по своему произволу. В таком государстве 138
о демократии, свободе личности, интересах народа не может быть и речи, здесь люди не защищены от произвола тех, кто стоит во главе власти.
Поэтому, для того чтобы гарантировать свободы и права человека, свободы и права народа от посягательств исполнительной власти, от произвола главы государства, классиками современной демократии была последовательно обоснована необходимость разделения всех трех ветвей власти в государстве - верховной законодательной, исполнительной и судебной. То есть, речь идет о построении такого механизма государственной власти, который сам по себе препятствовал бы и исключал возможность ее узурпации и использования против человека и народа как источника власти.
Первоначально разработанная мыслителями Нового времени теория разделения властей была направлена на обоснование необходимости ограничения абсолютной монархической власти, а затем стала использоваться как теоретическая и идеологическая основа борьбы против всяких форм диктатуры.
Одним из первых философов Нового времени, который в своих знаменитых «Трактатах о правлении» разрабатывал принципы взаимосвязи и взаимодействия отдельных ветвей власти с целью предотвращения узурпации власти одним лицом или группой лиц, был Дж. Локк.
Английский философ доказывал необходимость разделения государственной власти на три ветви: законодательную, исполнительную и федеративную.
По мнению, Локка, на ранних этапах возникновения государства, когда они объединяли небольшую территорию, и все сограждане знали друг друга, разделения законодательной и исполнительной власти могло и не быть. В подобных обстоятельствах каждый человек лично участвовал в создании государственной власти, призванной защитить его самого, жизнь его семьи, его собственность на основе закона от внешних или внутренних врагов.
Однако с дальнейшим развитием, усложнением и ростом государства, объединения большого количества людей,
лично незнающих друг друга, возникла необходимость в том, чтобы государство обрело свое подлинное содержание.
В условиях развитых государственных форм становится необходимым введение принципа разделения властей, представляющего собой защиту людей от злоупотреблений власти, использования ее в собственных интересах со стороны тех, кого народ поставил во главе государства.
В таких обстоятельствах для защиты самих себя, люди вводят принцип разделения властей, согласно которому законодательная власть находится в руках самого народа, и никто не может на нее посягать.Верховной властью, по Локку, является законодательная власть, которую формируют сами люди. Законодательная власть - это представители народа, создающие законы в интересах народа, ее создателей. Всякое государство, убежден философ, должно функционировать на основе закона. Для того чтобы депутаты - народные избранники не имели свои особые, отличные от воли народа интересы, не злоупотребляли своим положением, они должны избираться только на определенный срок, который определяется либо народным собранием, либо исполнительной властью.
Никто не имеет права оказывать давление на законодательную власть, она должна быть подотчетна только избравшему ее народу. Ее представители могут работать либо на постоянной основе, либо собираться время от времени для решения необходимых вопросов и задач. Самое главное, подчеркивает английский философ, заключается в независимости законодательной власти. Любое изменение в законодательной власти является исключительной прерогативой народа, законодательная власть не имеет права передавать или передоверять свою власть, полномочия кому-либо другому, если же такая необходимость возникает, то народ избирает новую законодательную власть и поручает ей власть от своего имени. Сами же представители законодательной власти никому передавать свою власть не имеют права. Передача законодательной властью своей воли какому-либо другому
юридическому лицу является серьезным правовым нарушением.
Локк указал полномочия, данные обществом законодательной власти во всех формах правления:
«Во-первых, они должны управлять посредством опубликованных установленных законов, которые не должны меняться в каждом отдельном случае; напротив, должен существовать один закон для богатого и бедного, для фаворита при дворе и для крестьянина за плугом.
Во-вторых, эти законы не должны предназначаться ни для какой иной конечной цели, кроме как для блага народа.
В-третьих, они не должны повышать налоги на собственность народа без согласия народа, данного им самим или через его представителей. И это, собственно, касается только таких государств, где законодательный орган действует непрерывно или, по крайней мере, где народ не сохранил какую-то часть законодательной власти за депутатами, которые время от времени избираются им самим.
В-четвертых, законодательный орган не должен и не может передавать законодательную власть кому-либо другому или передоверять ее кому-либо, кроме как тем, кому ее доверил народ»1.
Таким образом, в понимании Локка законодательная власть - это власть, имеющая право указывать, как должна быть употреблена сила государства для сохранения сообщества и его членов. В хорошо устроенных государствах законодательная власть передается в руки лиц, которые сами или совместно с другими властями создают законы, и - главное - «сами подпадают под действие тех законов, которые были ими созданы»[59][60].
Поскольку законы обладают постоянной и устойчивой силой, то они нуждаются в непрерывном исполнении или наблюдении за их исполнением, для чего необходимо существование власти, контролирующей исполнение
законов, то есть исполнительной власти. Исполнительная власть работает только на основе законов, созданных законодательной властью, то есть самим народом.
Созыв законодательной власти, правила выборов депутатов устанавливаются исполнительной властью, однако, как подчеркивает английский философ, это ни в коей мере не означает верховенства исполнительной власти над властью законодательной. «Право созывать и распускать законодательный орган - право, которым обладает исполнительная власть, - не дает исполнительной власти верховенства над законодательной, а является просто доверенным полномочием, данным ей в интересах безопасности народа в том случае, когда неопределенность и переменчивость человеческих дел не могут вынести постоянного установленного правила»1.
Исполнительная власть работает на постоянной основе и ее деятельность находится под контролем законодательной власти.
Во главе исполнительной власти может быть один - король, подчиняющийся закону, либо могут быть различные должностные лица.Поскольку законодательная власть - это власть, имеющая право указывать, как должна быть употреблена сила государства для сохранения сообщества и его членов, Локк обращает внимание на качество выборов законодательной власти. По его мнению, совершенно недопустимы извращения результатов выборов, попытка избрания депутатов, угодных исполнительной власти, или создание условий, облегчающих исполнительной власти иметь в законодательных органах доверенных ей лиц. Ученый считает, что подобные нарушения абсолютно противоречат принципам нормального государства, поскольку тем самым происходит покушение на власть народа, ибо законодательная власть является представителем народа, через которую он проводит свою волю.
Депутаты, послушные воле исполнительной власти, подчеркивает философ, дают исполнительной власти законное основание осуществлять деятельность,
Там же. С.353.
—і 142 і—
противоречащую интересам народа, благодаря чему исполнительная власть получает возможность угнетать народ что, по мнению философа, принципиально недопустимо.
В связи с этим Локк специально оговаривает так называемые прерогативы исполнительной власти, то есть действия исполнительной власти, не подкрепленные законом. Они возможны при следующих обстоятельствах:
1) В случае возникновения вопросов, требующих срочного решения, поскольку формирование нового закона представляет собой долгий процесс;
2) В силу громоздкости законодательной власти, невозможности ее скорого созыва, особенно если она работает не на постоянной основе.
В подобных обстоятельствах, во избежание возможности ущемления интересов народа, исполнительная власть на свой страх и риск может принимать решения без наличия закона.
Но, что особенно подчеркивает Локк, подобными прерогативами исполнительная власть ни в коей мере не имеет права злоупотреблять, поскольку никакие указы, никакие временные документы исполнительной власти не имеют равного с законом значения, в деятельности государства необходимо руководствоваться только законами.
В компетенции федеративной власти, по мнению Локка, должны находиться вопросы внешней политики.
Однако, согласно английскому философу, в государстве «может быть всего одна верховная власть, а именно законодательная, которой все остальные подчиняются и должны подчиняться»1, при этом не просто пассивно ей подчиняясь, но, в свою очередь, оказывая активное на нее воздействие.
Классическую теорию разделения властей, практически в современном ее понимании, теоретически развил и разработал Шарль Луи Монтескье в своем труде «О духе законов», опубликованном в 1748 г. Развивая и дополняя
1 Локк Дж. Два трактата о правлении. С.349.
143
мысли Локка, Монтескье писал: «В каждом государстве есть три рода власти: власть законодательная, власть исполнительная, ведающая вопросами международного права, и власть исполнительная, ведающая вопросами права гражданского.
В силу первой части государь или учреждение создает законы, временные или постоянные, и исправляет или отменяет существующие законы. В силу второй он объявляет войну или заключает мир, посылает и принимает послов, обеспечивает безопасность, предотвращает нашествия. В силу третьей власти он карает преступления и разрешает столкновения частных лиц. Последнюю власть можно назвать судебной, а вторую - просто исполнительной властью государства»[LXI].
Корректируя локковскую концепцию согласно собственным взглядам, Монтескье, во-первых, считал, что исполнительная власть должна находиться в руках монарха, независимо от законодателей; во-вторых, предложил двухпалатную модель парламента, в котором наряду с выборной нижней палатой как органом народного представительства существует верхняя палата пэров, представляющая аристократию. Но главное в концепции Монтескье состояло в том, что, согласно его представлениям, власть должна принадлежать различным органам государства; сосредоточение властных полномочий в руках одного органа государства недопустимо.
Наличие и функционирование системы разделения властей в государстве должно, по замыслу Монтескье, оберегать общество от злоупотреблений государственной власти, узурпации власти одним государственным органом или лицом, что неминуемо приводит к деспотизму.
Основную цель разделения властей французский просветитель видел в том, чтобы избежать злоупотребления властью: «Если власть законодательная и исполнительная будут соединены в одном лице или учреждении, то свободы не будет, так как можно опасаться, что этот монарх или сенат
станет создавать тиранические законы для того, чтобы также тиранически применять их. Не будет свободы и в том случае, если судебная власть не отделена от власти законодательной и исполнительной. Если она соединена с законодательной властью, то жизнь и свобода граждан окажутся во власти произвола, ибо судья будет законодателем. Если судебная власть соединена с исполнительной, то судья получает возможность стать угнетателем. Все погибло бы, если бы в одном и том же лице или учреждении, составленном из сановников, из дворян или простых людей, были соединены эти три власти: власть создавать законы, власть приводить в исполнение постановления общегосударственного характера и власть судить преступления или тяжбы частных лиц»1.
Монтескье принадлежит также разработка положения о системе сдержек различных ветвей властей, без которой их разделение не было бы действенным. Философ утверждал, что «необходим такой порядок вещей, при котором различные власти могли бы взаимно сдерживать друг друга»[62][63]. Речь, в данном случае, идет о так называемой системе сдержек и противовесов, при которой функции и баланс законодательной, исполнительной и судебной власти определяются специальными правовыми мерами, обеспечивающими не только взаимодействие, но и взаимоограничение ветвей власти. Подобное взаимное сдерживание властей - необходимое условие правомерного и согласованного функционирования ветвей власти в законно очерченных границах в условиях умеренного государства.
Однако принцип разделения властей нужен не просто для создания сдержек и противовесов и т.д., по мнению французского ученого, он представляет собой важнейший механизм народовластия. Если народ или каждый является источником власти, если каждый человек свободен и равен, то его свобода и равенство могут быть реализованы только посредством принципа разделения властей. Если же этот
принцип не будет функционировать, то говорить о правах, свободах человека не имеет никакого смысла.
Согласно Монтескье, ни в коей мере нельзя снижать достоинство законодательной власти, смысл народной власти заключается в том, что народ и каждый желает сам создавать для себя законы, творить их через своих представителей. Народ подчиняется лишь только тем законам, которые он создал сам, если же будут осуществлены попытки извращения, фальсификации, вмешательства в функционирование законодательной власти и т.д., то это расценивается французским философом как величайшее преступление против всего народа, поскольку у народа отнимается самое главное - его воля.
Принцип разделения властей не есть чья-то выдумка или прихоть, убежден французский ученый - это механизм, при помощи которого обеспечивается народовластие и свобода каждого гражданина в республиканском, демократическом государстве. Всякая попытка противостоять разделению властей, поставить главу исполнительной власти над всеми ветвями власти - есть безусловное нарушение демократии, попытка провести деспотическую власть. «Поэтому государи, стремившиеся к деспотизму, всегда начинали с того, что объединяли в своем лице все отдельные власти, а многие короли Европы - с того, что присваивали себе все главные должности в своем государстве»1, - справедливо замечает мыслитель.
Как видим, учение Монтескье о разделении властей обладало значительной новизной по сравнению с предшествующими политико-правовыми концепциями. Во-первых, он соединил либеральное понимание свободы с идеей конституционного закрепления механизма разделения властей. Свобода, утверждал просветитель, «устанавливается только законами и даже законами основными».
Во-вторых, в отличие от Локка, Монтескье включил в состав властей, подлежащих разграничению, судебные органы. Таким образом, обоснование парламентаризма
.Там же. С.295.
—і 146 і—
как системы управления, основанной на разграничении законодательных и исполнительных полномочий, было дополнено у Монтескье принципом независимости судей. Рассмотренная им триада - законодательной, исполнительной и судебной властей - со временем стала классической формулой теории конституционализма.
Самым последовательным воплощением принципа разделения властей мыслитель считал государственный строй Англии, где законодательная власть принадлежит парламенту, исполнительная - королю, а судебная - присяжным.
Идею необходимости разделения властей в государстве проводил и И. Кант. «В каждом государстве существует три власти, т. е. всеобщим образом объединенная воля в трех лицах (trias politica): верховная власть (суверенитет) в лице законодателя, исполнительная власть в лице правителя (правящего согласно закону) и судебная власть (присуждающая каждому свое согласно закону) в лице судьи (potestas legislatoria, rectoria et iudiciaria), как бы три суждения в практическом силлогизме: большая посылка, содержащая в себе закон всеобщим образом объединенной воли; меньшая посылка, содержащая в себе веление поступать согласно закону, т.е. принцип подведения под эту волю, и вывод, содержащий в себе судебное решение (приговор) относительно того, что в данном случае соответствует праву»1, - определял немецкий философ.
Законодательная власть, утверждал Кант, должна находиться в руках народа, народ является источником законодательной власти: «законодательная власть может принадлежать только объединенной воле народа»[64][65]. Народ через своих представителей - депутатов создает законодательную власть.
Исполнительную власть формирует законодательная власть, в связи с этим задача исполнительной власти - исполнять законы. Исполнительная власть не может
создавать законы, согласно философу, сосредоточение законодательной и исполнительной властей в руках одной власти категорически недопустимо, это неминуемо ведет к деспотии.
Наряду с законодательной и исполнительной властями Кант выделяет судебную власть, которая также самостоятельна и решает свои вопросы на основе законов, принятых законодательной властью. Судебная власть не может заменять исполнительную власть, в ней должны работать специально выбранные люди, которые занимаются только отправлением судебных дел на основе существующих законов.
Власть является целостным организмом, все три власти равны между собой, только их равенство дает возможность принятия правильных решений, при этом законодательная власть должна находиться в руках народа, - утверждает кенигсбергский мыслитель. Только разделение властей способно обеспечить нормальное функционирование государства: «Все три власти в государстве, во-первых, координированы между собой наподобие моральных лиц (potestates coordinatae), т.е. одна дополняет другую для совершенства (complementum ad sufficientiam) государственного устройства; но, во-вторых, они также и подчинены друг другу (subodinatae) таким образом, что одна из них не может узурпировать функции другой, которой она помогает, а имеет свой собственный принцип, т.е. хотя она повелевает в качестве отдельного лица, однако при объединении тех и других функций они каждому подданному предоставляют его права»1.
Теория разделения властей в трактовке Монтескье и Канта получила широкую поддержку среди мыслителей XVIII-XIX веков. Дж. С. Милль в сочинении «Представительное правление», рассуждая об отношениях между законодательной и исполнительной властями, более последовательно и подробно описал категорию политической ответственности. По его мнению, «истинная задача представительного собрания состоит не
1Кант И. Метафизика нравов в двух частях. С.237.
в управлении, к которому оно совершенно неспособно, а в наблюдении над правительством; оно должно подвергать гласности все его действия, побуждать к разъяснению и оправданию тех из них, которые могут возбуждать сомнения, порицать их, когда они этого заслуживают, и если правительственные деятели злоупотребляют своими полномочиями или пользуются ими так, что вступают в противоречие с ясно выраженной волей нации, то назначать им преемников с точным или приблизительным указанием кандидатов»1.
Начиная с конца XVIII века, принцип разделения властей приобретает конституционное закрепление в США. Серьезный вклад в творческое развитие теории разделения властей и ее практическое воплощение в функционирование ветвей государственной власти внес американский государственный деятель, дважды являвшийся президентом США - Джеймс Мэдисон (1751-1836 гг.). Ему принадлежит разработка системы сдержек и противовесов, благодаря которой каждая из трех властей является относительно равной. Механизм сдержек и противовесов, разработанный Мэдисоном, действует в США и до сегодняшнего дня.
Однако, как и у всякой идеи, у теории разделения властей всегда были как сторонники, так и противники.
Взгляд на государственную власть как единое целое, носителем которой является монарх, также имеет глубокие исторические корни. Традиция единой, неделимой власти, сосредоточенной в руках одного лица - помазанника Божьего, существовала с древних восточных царств до феодальных абсолютистских монархий.
Идею единой государственной власти и полновластия правителя отстаивал, в частности, Н. Макиавелли. При этом итальянский философ требовал осуществления секуляризации светской власти, то есть освобождения ее от религиозного влияния. Итальянский политик выдвинул свою теорию в условиях переходного периода, когда рушился один и создавался другой общественный порядок, для организации которого была необходима единая власть
1Милль Дж. Ст. Представительное правление. СПб., 1907. С.39.
149
для успешного преодоления сопротивления врагов нового строя.
Тех же взглядов на власть придерживался Т. Гоббс, воплотивший в «Левиафане» самую крайнюю концепцию единой государственной власти и абсолютной власти монарха. С точки зрения Гоббса, верховенство государства наилучшим образом осуществляется при единоначалии, а потому лучшей формой правления является монархия. Воля монарха есть воля всех, его власть выше законов, она бе згранична, бе знаказанна, монарх не несет ответственно сти перед какой-либо человеческой инстанцией.
Идея о единой и неделимой государственной власти нашла свое продолжение и развитие в трудах Ж.-Ж. Руссо. Самый революционный писатель XVIII века, как мы помним, возлагал большие надежды на власть самодержавного народа. Руссо выступил с новой концепцией организации государственной жизни посредством «общественного договора», в основе которого лежит принцип народного суверенитета. По мнению Руссо, суверенитет народа должен быть неотчуждаем, един и неделим.
В государстве, где должна быть осуществлена всеобщая воля суверенного народа, нет необходимости в разделении властей, напротив, высшей формой демократии является их слияние, считал философ. Французский просветитель был убежденным сторонником власти «самодержавного» народа, который бы и законодательствовал, и управлял в одном лице.
По мнению Руссо, суверенитет неотчуждаем, един и неделим, в связи с чем он критиковал политиков, разделяющих «суверенитет в его проявлениях». С точки зрения философа, «те права, которые нередко принимают за части суверенитета, на самом деле все ему подчинены и всегда предполагают наличие единой высшей воли, гегемонию верховной власти, которую нельзя разделить, не уничтожив»[LXVI].
В этой связи Руссо опровергает теорию разделения
властей, предложенную Монтескье, определяет ее как бессмысленную, сравнивая своего оппонента с японским фокусником, который на глазах у зрителей рассекает младенца на части, подбрасывает их к верху и ловит в свои объятия невредимого ребенка. Руссо не принял теорию разделения властей, так как она противоречит принципу соединения государственной власти в органе избранном народом и наделенном им специальными полномочиями.
По мнению Руссо, идея Монтескье о взаимном сдерживании независимых друг другу властей может привести к враждебным отношениям между ветвями государственной власти или даже к раздроблению самого государства. Автор «Общественного договора» полагал, что тот, кто формирует законы, знает лучше всех, как этот закон приводится в исполнение и используется. Поэтому не может быть лучшего государственного устройства, чем то, в котором власть исполнительная соединена с законодательной.
Исполнительная власть, с точки зрения Руссо, устанавливается решением суверенного народа, а потому выступает в качестве его «доверенного слуги». Народ поручает осуществление этой власти конкретным уполномоченным лицам, которые должны действовать в строгих рамках закона и подлежат строгому контролю со стороны верховной законодательной власти. Более того, полномочия исполнительной власти исчезают сами собой, как только народ на законном основании собирается в качестве суверена для ведения общественных дел. Следовательно, различая между собой законодательную и исполнительную ветви власти, философ ни в коем случае не допускал независимости последней от народа- законодателя. Что касается судебной власти, то Руссо в своей политической теории уделяет ей значительно меньше внимания, главным образом подчеркивая лишь ее неукоснительную связанность с законами.
По мнению французского просветителя, равновесие всех сфер власти в государстве, их согласованная гармоническая деятельность должны обеспечиваться не
обособлением или противопоставлением их друг другу, не с помощью взаимных сдержек и противовесов, как предлагал Монтескье, а благодаря законодательной власти, воплощающей суверенитет народа.
В истории, как мы помним, взгляды Руссо на единую и неделимую государственную власть были реализованы якобинцами. Комиссар Конвента Максимилиан Робеспьер выступал за «самодержавие народа» и считал равновесие властей «химерой». Он заявлял, что все должностные лица являются уполномоченными народа и должны отчитываться перед ним в своей деятельности. Конвент на первом же заседании сконцентрировал все управление в своих руках, тем самым отказавшись от разделения властей. Трагические последствия отрицания принципа разделения властей, концентрации власти в одних руках история помнит до сих пор.
Идея разделения властей занимает сегодня важнейшее место как в политической мысли, так и в практике современных демократических государств. На сегодняшний день принцип разделение властей трактуется как необходимый атрибут «конституционного», «правового» государства, как важнейший элемент «либеральной демократии», в которой уважается достоинство личности, гарантируется ее свобода. Принцип разделения властей был воспринят теорией и практикой всех современных демократических государств.
При всем этом, следует отчетливо понимать, что в современном демократическом государстве важнейшей среди трех ветвей власти является законодательная власть, и это абсолютно резонно, поскольку демократия является властью народа, и именно законодательная власть является показателем того, что власть в данном государстве принадлежит народу. В силу того, что «законодательная власть является душой демократического государства», она должна принадлежать народу, то есть народовластие реализуется только тогда, когда законодательная власть находится в руках народа.
Согласно основополагающим установкам концепции
современной демократии, народ сам выдвигает своих представителей в законодательную власть, при этом народные избранники должны постоянно чувствовать свою зависимость от народа. Народные депутаты не могут иметь никаких своих особых интересов, кроме интересов народа, потому, для того чтобы избежать подобной возможности, они должны быть сменяемы. Важнейшим моментом функционирования законодательной власти является также то, что представители народа не могут передать свои полномочия кому-либо другому, воля народа не может быть передоверена - это серьезнейшее нарушение принципа законодательной власти. Все вопросы о передаче власти, доверии, смене своих представителей и т.п. может решать только сам народ.
Представители народа ни в коей мере не должны зависеть ни от какой другой власти, кроме как от воли народа. Нарушением демократии считается использование исполнительной властью своих административных ресурсов при выборах народных депутатов, любое оказание влияния на народных избранников, назначение без воли народа своих представителей в законодательную власть. Согласно современным демократическим стандартам, все это является нарушением прав народа, нарушением самого понятия законодательной власти, которая может принадлежать только народу и никому другому. Если исполнительной власти каким-либо способом удастся превратить законодательную власть в послушный и зависимый от нее орган, если окажется возможным влияние со стороны исполнительной власти на выборы народных депутатов, то такая демократия автоматически перерастает в деспотию.
Исполнительная власть назначается законодательной властью. Задача исполнительной власти - исполнение законов. Исполнительная власть может издавать указы, постановления, но ее представители, ни в коей мере не могут издавать законы, так как это есть абсолютная прерогатива законодательной власти, в противном случае демократическая власть опять-таки перерастет в деспотию.
В зависимости от формы государственной власти во главе современного демократического государства может находиться один, несколько или много должностных лиц, но при этом самым главным является то, что исполнительная власть должна безусловно подчиняться закону, совершать свои действия в рамках закона, руководствоваться в своей деятельности только законом. Таким образом, исполнительная власть не вправе допускать никаких отступлений от закона, в противном случае нарушаются коренные принципы демократического государства, нарушается фундаментальный принцип демократии - принцип разделения властей.
Правда, еще Локк допускал, что на ранних стадиях становления демократии, или в каких-либо особых случаях исполнительная власть может иметь некоторые прерогативы, связанные со стремительным изменением различных жизненных обстоятельств, на которые представители исполнительной власти должны живо реагировать. В таких условиях, в силу громоздкости законодательной власти, долговременности процедуры принятия нового закона исполнительная власть может иметь возможность сама издавать указы, постановления, имеющие силу закона для безотлагательного разрешения стоящих перед государством проблем. Но, при этом, разумеется, все документы, издаваемые исполнительной властью должны действовать только в духе существующих законов. Прерогативы, таким образом, можно расценить как проявления доверия законодательной власти.
Следовательно, согласно современным стандартам демократии, задача исполнительной власти заключается в действиях по закону и в рамках существующих законов. Исполнительная власть не отвечает своему понятию, если она недолжным образом исполняет законы, нарушает их, либо принимает решения, противоречащие основным принципам законодательной власти. В подобных обстоятельствах законодательная власть имеет право оказать сопротивление, народ может не исполнять указания
исполнительной власти, более того объявить правительству импичмент, призвать к отставке. Это право народа.
Следующим важнейшим атрибутом демократического государства и важнейшим положением принципа разделения властей является самостоятельность судебной власти. Судебная власть назначается с согласия исполнительной и законодательной властей, однако является совершенно независимой в принятии решений. Все проблемы и вопросы, касающиеся его компетенции, суд решает самостоятельно. Никто, в том числе представители законодательной и исполнительной власти, не имеет права влиять на решения суда, суд автономен и свободен, он подчиняется только закону и решает все вопросы на основе закона.
Судебная власть решает не только проблемы взаимоотношения граждан в государстве, их споры, поступки, находящиеся в противоречии с законом, но также вопросы, проблемы и противоречия, возникающие между законодательной и исполнительной властью. В условиях современной демократии недопустимо, чтобы противоречия между законодательной и исполнительной властью решались главами исполнительной или законодательной власти, эти вопросы могут решаться только судом.
Обобщая вышесказанное, основные положения теории разделения властей в современном правовом демократическом государстве можно свести к следующим:
1) разделение властей в демократическом государстве закрепляется конституцией;
2) согласно конституции законодательная, исполнительная и судебная власти предоставляются различным людям и органам;
3) все власти в демократическом государстве равны и автономны, ни одна из них не может быть устранена любой другой;
4) никакая ветвь власти не может пользоваться правами, предоставленными конституцией другой ветви власти;
5) судебная власть действует независимо от влияния других ветвей власти, судьи пользуются правом
длительного пребывания в должности. Судебная власть может объявить закон недействительным, если он противоречит конституции.
Таким образом, согласно принципу разделения властей, выдвинутому и обоснованному основателями концепции современной демократии и закрепленному в современных европейских стандартах демократии, все ветви власти в демократическом государстве должны взаимно дополнять друг друга и одновременно выступать противовесами по отношению друг к другу. Власть в государстве должна носить целостный характер, все ветви власти, вместе взятые, должны оптимально обеспечивать права и свободы человека.
Поскольку сами люди в результате общественного договора создали государство, а также соответствующие органы, формы власти - законодательную, исполнительную, судебную ветви власти, постольку каждая из них на своем уровне должна решать все вопросы, доверенные ей народом. Неисполнение, либо ненадлежащее исполнение любой ветвью власти своих обязанностей свидетельствует о несоответствии ее своему понятию, в связи с чем власть должна быть изменена народом на основе закона.
Смысл классического учения о разделении властей в том виде, в каком оно было разработано Локком, Монтескье, поддержано и далее развито Кантом, Миллем и другими теоретиками концепции современной демократии, не следует сводить ни к выражению компромисса классово-политических сил, ни к разделению труда в сфере государственной власти, выражающей народный суверенитет, ни к механизму «сдержек и противовесов», сложившемуся вразвитыхдемократических государственноправовых системах. Разделение властей, согласно современным демократическим стандартам, представляет собой прежде всего правовую форму демократии.