1. Феномен «спонтанной идеологии»

Спонтанная идеология может быть представлена как один из комплексных аспектов социо-культурного развития общества. Очевидно, что каждый индивид, существующий в обществе, в той или иной мере воспринимает ценности данного общества, которые растворены в повседневной бытовой практике.

индивидом данной идеологической системы накладывает на нее отпечаток бытовой интерпретации. Как следствие относительно стройная идеология превращается в спонтанную идеологию, ориентированную на определенные актуальные проблемы. Представление спонтанной идеологии, особенно если рассматривать ее как интерпретацию доминирующей в современной Европе неолиберальной концепции, возможно в сравнении с тезисами, обозначенными в статье С.Б. Кожевникова «Эстетизация повседневности»^{[410][411][412][413][414]}.

Статья Кожевникова посвящена вопросам развития повседневного искусства, которое, хотя и имеет глубокие культурные корни, является, по сути, импровизацией. «О глубине этой тенденции может свидетельствовать тот факт, что она получила достаточно четкую артикуляцию и в русле либерально-конформистских течений культурологической мысли. Так, А. Мальро отстаивал взгляд на искусство как на спонтанное творчество, не ограниченное институциональными нормативами. Согласно Мальро, творчество должно предполагать отсутствие специальной подготовки и

411 412 культурную неискушенность » . То же самое, на наш взгляд, можно

отнести и к реализации социального поведения индивида, например в ситуации, требующей толерантного отношения, либо наоборот, предполагающей выражение нетерпимости.

413 414 внутренней культурной эмансипации » . Аналогична ситуация и с

интерпретацией идеологии в современном европейском обществе. На уровне отдельного индивида она также находит выражение в ориентации на некие частные ценности, связанные с индивидуальными интересами и

убеждениями. Несмотря на индивидуализацию идеологии, она, тем не менее, не распадается на «личные фрагменты», а начинает жить и воспроизводится в социальной макросреде, намечая при этом собственные, не институционализированные тенденции развития, уже не зависящие на прямую от государства, политики и директивного управления. При этом властные структуры, для того чтобы удержать идеологическое воздействие начинают использовать тренды, сформированные обществом для их дополнительной политизации и актуализации.

«На деле институционализированные формы творчества, ассимилируя тенденцию депрофессионализации, уже давно выступают проводниками идей «спонтанности», «хаотичного самовыражения», функционируя, как и прежде, по законам традиционного искусства^[415]. ... Одновременно с

обозначенными тенденциями происходило расширение институционального спектра эстетической деятельности. Так, институционализации подверглось творчество тех социальных категорий, которые традиционно относились к маргиналам и аутсайдерам в искусстве: дилетантов, детей, людей с психическими заболеваниями, субкультурных групп и т.д.»^[416]. И здесь уместно вспомнить, к примеру, о расширении спектра социальных групп, которые, с позиции современной Европейской неолиберальной идеологии требуют толерантного отношения. В конечном итоге данная практика должна привести к тому, что С.Б. Кожевников называет «исчезновением четвертой стены», т.е. барьера между артистом и зрителем, когда зритель является не только и не столько потребителем перфоманса, сколько его соавтором и активным участником.

Показательно, что подобное развитие спонтанной идеологии оказывается возможно лишь в современном европейском неолиберальном обществе, так как ни одна другая, классическая идеология не способна пойти на такую сделку с обществом и ориентирована на подавление и навязывание

строгих идеограмм. Несмотря на это, спонтанная идеология, как обратная сторона медали, присутствует в любой идеологической системе на уровне периферии.

Жижек развивает эту мысль, используя идеи психоанализа. C его точки зрения идеологи я не пелена, наложенная на взор людей капитализмом. Скорее она есть желанная защит а от столкновения с чудовищной и травматической реальностью. Люди создают идеолог ию спонтанно и наиболее приятный сценарий человеческого мышления состоит в том, ч тобы никогда не выходить за ее пределы. Идеология есть форма психоаналитического в ытеснения, которую можно сравнить с тем, как Фрейд описывал вытеснение страха и ос ознания смерти из сознания человека. Идеология нужна нам для того, чтобы не думать, к ак все обстоит на самом деле Женщина, которая выходит замуж, рада обманываться ро мантическими иллюзиями. Футбольный болельщик-патриот не желает думать о том, что в действительности он всю жизнь будет работать на тех, кто сидит в вип-ложе: болельщи к хочет радоваться или печалиться вместе с фактическими хозяевами его жизни, когда наблюдает за игрой "своих". Солдат счастлив верить, что он умирает за нечто большее, ч ем он сам, даже если смерть наступила в результате безумного приказа пьяного полковн ика. Верующий рад целовать руки священнику, полагая, что последнего послал к нему Xp истое.

Выдержка из работы Мартынова «Что такое идеология по С. Жижеку»

417

И именно в защитной функции идеологии кроется основная проблема современного европейского общества. По сути, защита оказывается достаточно условной. Она постоянно нарушается из вне, например инокультурными социальными элементами, и она оспаривается внутри, что ставит под сомнение ее универсальность и всеобщность.