Статус философии

Философия — рационально-теоретическая форма

мировоззрения, которая, выступая рефлексией предельных оснований всех видов человеческо-исторической практики, а) подытоживает, синтезирует ее достижения, формирует миропонимание; б) обозначает, обосновывает векторы индивидуального и социального творчества, задает мироотношение.

Теоретический фрагмент философии — осмысление открывающейся человеку познавательной, социальной и природной реальности в ходе ее духовного, практического и практически- духовного освоения, установление рубежей, горизонтов достигнутого в каждую эпоху с целью его преобразования (приумножения, преодоления) — ответствен за выработку

(разработку) нормативно-ценностной основы убеждений людей. В

этом рефлективном плане складывается картина мира: онтологические допущения, гипотезы существования; принципы, пути познания; место человека в границах природного и общественного целого; смыслы, ценности, приоритеты, жизненные установки; идеалы; целеполагание, целесообразность и т. д.

Практический фрагмент философии — деятельностная проекция картины мира — определяет настроенность эмоционально-волевой сферы, принадлежность субъекта к заданным видам (само)созидания. В этом праксиологическом плане оформляются типы жизнедеятельности, осуществляется их апробация, вхождение должного (возможного) в сущее (действительное); целеобразование; волевые, веровательные интенции; программы самореализации; гражданские позиции; реальный смысл, предназначение жизни и т. д.

27

Данное толкование философии, разумеется, далеко не исчерпывающе. Оно, к примеру, не дает демаркации философии от теологии, также претендующей на статус рационально­теоретической формы мировоззрения, зиждущейся на рефлективном синтезе культуры и т.

Опознание систем в качестве философских производится по признаку фокусируемости их проблематики на оппозицию «субъективное — объективное». Анализ ее многообразных ветвлений действительно составляет conditio sine qua non философии; без него философия не может ни сложиться, ни состояться. Но как оттеняет подобный анализ существо проводимых философией синтезов? Казалось бы, пропускание проблематики через призму оппозиции «субъективного — объективного» с целью выяснения их взаимоотношений излишне. Ведь возможные интерпретации, понимания взаимосвязей этих полярностей хорошо известны, ясны. Не оказывается ли философия праздным блужданием в соснах материализма, идеализма, эклектики? Последнее походило бы на правду, если бы философ ограничивался приобщением к традиционным интерпретациям. Однако в его задачу входит обоснование их. Задача обоснования интерпретации отношений, связей субъективного и объективного, как демонстрирует практика, тривиальной, праздной не является. Она возникает вновь и вновь в материале каждой конкретной культуры и требует соответствующего адаптированного к реалиям данной культуры решения.

Сказанного достаточно как для фиксации тождественно-общего в сфере философской деятельности, так и для спецификации философии в противоположность иным формам духовного производства. Оправданное рамками нашего рассмотрения толкование философии как универсального синтеза культуры, фокусируемого на оппозицию «субъективного-объективного», позволяет провести следующие необходимые уточнения.

28

1. Философия — знание историческое, имеет дело с подвижной, постоянно меняющейся реальностью. Эта реальность — мобильное содержание исторических видов практики, порождаемых

Ильин

культурогенезом. Становление новых типов реальностей, отображением которых является философия, требует изменения ее форм. Выступая глобальным синтезом человеческо-исторической практики, локализуемой по отдельным эпохам, философия функционирует как их (эпох) духовная квинтэссенция.

2. Философия есть рефлексия второго порядка; она является теоретизацией иных способов духовного производства. Эмпирический базис философии — специфические отражения различных типов сознания; философия тематизирует не в себе и не саму по себе реальность, а обработки и проработки реальности в представленчески-образных и категориально-логических формах.

Философ не ставит экспериментов, они заменяются концептуальным моделированием; имеет место движение не в вещах, а в идеях. Философские утверждения не допускают непосредственного опытного контроля. Они оправдываются опосредованно: путем выявления степени плодотворности

деятельности (ученых, политиков, творческой интеллигенции), базирующейся на философских принципах, которые осуществляют методологическую, мировоззренческую, аксиологическую и т. д. регуляцию деятельности.

3. Философия вскрывает последние — предельные, граничные — основания образов, способов фиксации, проявлений природного, общественного, познавательного, собственно человеческого универсумов, задает, высвечивает амплитуды понимания и постижения всего сущего. Эти амплитуды — сти-

29

листика, самобытность духовных формаций, некие горизонты, открываемые рамками известных культур с множеством свойственных им, преходящих убеждений и предубеждений, идолов и идеалов, центробежных и центростремительных тенденций, совокупностью смысловых, ценностных, экзистенциальных, волевых интенций и детерминаций. Оценивания эти последние основания, философ делает себя масштабом мира, рядится в тогу выразителя, апологета гуманитарно значимых воззрений, действий, отношений. Он подбирает прилагательные для определения действительности, осуществляет связь времен, непрерывность духовного опыта. Отвечает на вечные, сакраментальные вопросы: как, куда, откуда, почему, зачем — встраивает современников в ряд общечеловеческих исканий, духовно стимулирует, целеориентирует человечество.

не исходное; они не очевидны вначале и могут быть оправданы в конце. Пафос философии определяется реальными отражениями — переработкой содержания и представления в ходе освоения бытия, творения культуры, обработки людьми друг друга. Поэтому философское знание развертывается как экспозиция (а не конструирование) понятий, оценивающих конкретные условия, тенденции, характер

30

и т. д. данного весьма подвижного изменения и возделывания мира. 5. Философское знание — «метафизическое». Анализируя предельные основания человеческой практики, философия исходит из некоторых заведомых предпосылок. Беспредпосылочной философии, как показал Тренделенбург, исследуя гегелевский вариант «беспредпосылочной философии», не бывает. Философские предпосылки не самоочевидны и одновременно не могут быть обоснованы методами, принятыми в специальных науках. Отсюда непосредственная не контролируемость предпосылок философии, которые в этом отношении оказываются «метафизическими». Тем не менее важно понять, что предпосылки философии не являются вовсе необоснованными. Они оправдываются косвенно: а) понятием допустимости исследовательских инициатив (характер проблем, способы их постановки, анализа), имеющим ситуационный, конкретно-исторический статус; б) практикой, которая, правда, задним числом демонстрирует плодотворность принципов, выступающих базисом философской деятельности.

1.1.2