1. Толерантность как ценность либерального социально­политического порядка

Современный мир представляет собой политическое пространство, разделенное на части множеством исторически обусловленных противоречий. Противоречия стимулируют формирование государственных границ, развитие национальных идентичностей отдельных народов и их конкурентное противостояние, реализуемое в пространственном и временном аспектах.

Задача, представленная в данном ракурсе, практически не имеет решения, так как «справедливость» предстает относительной категорией, постоянно подвергаемой сомнению. При этом меняются и принципы справедливого регулирования, которые напрямую зависят от уровня общественного развития. Так, для слабо развитых обществ или обществ кризисного развития, справедливость сводится к «праву сильного». Применительно к более развитым обществам, обладающим достаточным для

развития количеством ресурсов, справедливость сводится уже к гуманистической правовой традиции и компромиссу. Как следствие, актуализируются практики социального, межэтнического и межнационального диалога, позволяющие минимизировать уровень конфликтного взаимодействия, по крайней мере, в тех сферах, где на текущий момент отсутствуют элементы кризисного развития и дефицит ресурсов.

Одним из проявлений описанной «конструктивной» модели является культура толерантности, основанная на принципе уважения контрагента вне зависимости от существующих у него специфических черт.

Данное определение демонстрирует материальный акцент толерантности и несет в себе отпечаток персонального эгоизма - человек - мерило всех вещей.

Еще одним определяющим моментом становится возможность толерантного отношения не только к одному, но и ко многим и даже к контексту, так как это обстоятельство делает толерантное поведение очень вариативным и одновременно расширяет сферу применения понятия, и дает возможность для маневра, например толерантен к ситуации, но не к участникам и наоборот^[170].

Далее важным моментом определения становится понимание актором того, как и к кому он должен относится - принцип сознательности. В противном случае восприятие неизбежно окажется неадекватным и будет связано либо со страхом - терпимость, либо с подобострастием.

Как итог, толерантность предполагает настроенность на понимание и диалог с оппонентом, результатом которого становится признание и уважение его права на отличие.

При этом толерантность не может рассматриваться как абсолютная ценность, что обусловлено дуализмом общественного развития, включающего конфликтную и лояльную формы взаимодействия. Значительный перевес одной из составляющих неизбежно приводит к кризисному развитию и способен уничтожить общество. Но также нельзя говорить и о равенстве конфликтного и толерантного начал, так как историческая практика социального развития демонстрирует приоритет именно агрессивных отношений. Компромиссное же (толерантное) начало получает широкое распространение (выходящее за пределы семейных и дружеских отношений) лишь во второй половине ХХ века как реакция на Вторую мировую войну и имеет место преимущественно в западных либеральных демократиях.

Для этого исторического периода и для этого региона становится характерна абсолютизация ценности толерантного взаимодействия.

Причина данной трансформации от морального принципа к политической ценности синонимична причинам развития в Европе идеологии неолиберализма и обусловлена, в первую очередь, стабильностью развития Европы в конце ХХ века, ресурсной обеспеченностью европейских государств и доминированием принципа социального равенства, в соответствии с которым в обществе снято большинство барьеров, препятствующих обогащению различных групп граждан. Как следствие,

толерантность становится производной от стабильности и благополучия рядового гражданина в сочетании с возрастающим уровнем индивидуальной культуры социального взаимодействия. Последняя связана с гуманистической культурной традицией и доминированием принципа антропоцентризма, в соответствии с которым отдельный человек с его интересами и амбициями становится своеобразным мерилом всех процессов, происходящих в обществе. Принцип антропоцентризма, в данном случае, фактически становится мостом перехода от классической (моральной) трактовки толерантности к ее неолиберальной интерпретации, трактующей толерантность как политическую ценность.

Выход толерантности на общесоциальный, пускай и локализованный, уровень придает ей более выраженную социальную окрашенность. Действительно на уровне межличностного взаимодействия она все также характеризуется как уважение, однако в нормативно-институциональном понимании на первый план выходят и другие, нормативно-направленные категории: согласие, сотрудничество, диалог (понимающая коммуникация), политический и культурный плюрализм, среди которых наиболее четкой и точной, с позиции автора можно считать диалог, как форму позитивного взаимодействия на социальном уровне.

Несмотря на формирование нового политизированного вектора толерантности, данная ценность остается очень многогранной (аморфной)^[171], и ее современные трактовки часто оказываются связаны с историческими коннотациями и философским, а иногда даже теологическим анализом. Таким образом, для понимания современного значения термина

«толерантность» необходимо обращение к его истокам, так как в данном случае работает «накопительный эффект» значения термина. Помимо этого обращение к истории демонстрирует причины, по которым можно говорить о формировании толерантности как специфической европейской политической ценности, отличной от североамериканского аналога или, к примеру, от трактовок толерантности, распространенных на пространстве СНГ.