6.1. Ценностный подход к пониманию истории

а) специфика ценностного фактора

Особенностью философского знания является способность взаимного перехода концептуальных учений в методологические. Это в полной мере касается и аксиологии, которая проявляет себя не только как теория ценно­стей, но и представляет особый метод исследования и анализа бытия с по­зиции отнесения к ценности.

Проявлением этих перемен стало внесение антропологического, субъективного, ценностного методов в качестве важнейших в философское знание, а в ряде случаев и в науку. В данном случае речь не идет о том,

чтобы все процессы и явления изучались и оценивались с точки зрения пригодности и полезности для человека, - эта позиция оказалась в доста­точной степени претворенной в жизнь и уже привела к своим последстви­ям. Перемены связаны с осознанием необходимости включения нрав­ственного, духовного знания в структуру знания рационального, научного.

В то же время теоретическое понимание и изучение ценностного фактора развития еще не имеет достаточного освещения в контексте совре­менного философского мировоззрения. Если само понятие ценности и ценностных ориентиров были объектом пристального внимания в европей­ской и отечественной философии, то дефиниция, анализ и оценка ценностного фактора в развитии еще не получили достаточно разработан­ной теории. Вместе с тем применение ценностного метода или подхода к пониманию развития в целом требует решения этой теоретической пробле­мы с учетом всех особенностей современной эпохи, не имеющей аналогов в известном нам прошлом.

Что представляет собой современный ценностный подход в понима­нии бытия в целом и истории человечества в частности? Ответ на этот во­прос необходимо начать с изучения ценностного фактора, утверждение ве­дущей роли которого и составляет в самом общем виде суть ценностного подхода.

Сложная внутренняя структура ценности, включающая в себя субъ­ективное и объективное, материальное и духовное не позволяет однознач­но отнести ценностный фактор к какой-либо отдельной группе материаль­ных, идеальных, биологических и других движущих сил процесса измене­ния и развития. Многоуровневость и включение свойств различных изоли­рованных принципов в единую синтетическую основу составляет одну из наиболее ярких особенностей ценностного фактора.

Включенность такого компонента ценности как переживание, пони­маемого как предпочтение на основе субъективных особенностей лично­сти, таких как любовь, ненависть, страдание, радость и т.д., делают ценностный фактор, в достаточной степени, относительным и обусловлен­ным целым рядом индивидуальных и коллективных психологических, во­левых, нравственных, интеллектуальных качеств и свойств.

тие, оценивание и понимание мира составляет, таким образом, следующую важнейшую особенность ценностного фактора.

В силу того, что ценности, являясь ориентиром жизнедеятельности и развития, указывают определенное направление процесса изменения, вы­ступая тем самым своеобразным проектом будущего в настоящем, ценностный фактор позволяет понять связь отдельных циклов или эпох становления бытия, осмыслить настоящее в его связи с прошлым и контро­лировать будущее через направление настоящего. Тесная связь ценностно­го фактора с временным и историческим параметрами является в этой свя­зи его следующей особенностью.

В отличие от других движущих сил ценностный фактор указывает не на природу источников изменения, а на направление изменения, движение по которому осуществляется с помощью материальных и идеальных, био­логических и социальных импульсов. При этом взаимосвязи ценностного и других факторов могут быть различны. Так, с одной стороны, он может быть обусловлен географическим или экономическим фактором, а с дру­гой, позволяет понять ориентир движения, осуществляемого под влиянием этих факторов. Но в чем же тогда собственный потенциал и сила ценностного фактора? Именно ценности становятся той причиной ради ко­торой потенциальные разнородные силы и факторы проявляются вместе, многократно усиливая друг друга. В стремлении к утверждению или во­площению ценности происходит сосредоточение, в процессе которого все слабые и сильные импульсы и факторы начинают работать в одном направлении. Монотонный физический труд, добыча пищи, спортивная тренировка, выполнение логической задачи - любая деятельность оказыва­ется многократно ускоренной и качественно усиленной, если оказывается связанной с ценностным (смысло-значимым и наполненным субъективным переживанием) стимулом.

Утверждение ключевого значения ценностного фактора, таким об­разом, не отвергает роли иных движущих сил в процессе развития, оно, скорее, предполагает их присутствие и проявление как необходимых по­тенций. Но именно ценностям отводится ведущее значение в понимании причин качественных сдвигов, когда внешнее обусловленное соединяется с внутренним субъективным. Таким образом, ценностный фактор это ис­точник, соединяющий в себе эмоциональные, волевые, нравственные, ин­теллектуальные и мистические способности человека или совокупности индивидов, выражающий субъективно-значимое стремление к осуществле­нию определенной цели. Аккумулирование различного рода духовных и физических способностей в едином направлении многократно усиливает возможности каждой из них в отдельности. Поэтому деятельность, осуще­ствляемая в направлении к ценности качественно отлична от «ценностно­нейтрального» поведения. Субъект обладает ценностным отношением как потенцией к изменению и совершенствованию бытия, также как бытие об­

ладает различными качествами, открытыми индивиду. Если изменение происходит случайно, автоматически, без направляющей цели, оно стре­миться к хаосу. Если имеет место внутренняя мотивация и осуществляется неслучайный выбор среди равных возможностей, неизбежно влияние ценностного фактора.

В истории человечества в различные эпохи развития с большей или меньшей силой проявлялись то одни, то другие движущие силы. Абсолю­тизация какой-либо из них была характерной чертой всей классической со­циальной философии, но современный период постнеклассического миро­воззрения внес свои коррективы. Наиболее успешным оказывается при­менение многофакторного подхода к анализу исторического процесса, ко­торый исходит из признания роли различных движущих сил, усиливаю­щихся или ослабевающих в различных эпохах. Ценностный фактор в этом контексте может играть как вспомогательную, так и ведущую роль, не ума­ляя значения биологического, социального или экономического детерми­низма. От эпохи к эпохе роль ценностного фактора в наибольшей степени проявлялась в кризисные, критические, пограничные периоды развития, когда фактор значимости и переживания становился выше, чем в периоды созидательного количественного накопления.

б) ценности как ориентир развития

Говоря о ценностном факторе в истории, нам неизбежно придется решить вопрос, почему ценности есть не результат развития материально­го бытия, а его направляющая сила. Для этого необходимо подчеркнуть, что ценностное понимание истории состоит в том, что она представляется знанием о человеке как самоопределяющемся существе. Что это означает? Начнем с того, что вспомним о господствовавшем на протяжении всей ис­тории однофакторном подходе к пониманию исторической реальности. Ис­ходя из доминирования того или иного фактора (движущей силы), история представлялась логической и строгой схемой, исключающей парадоксы. Так, развитие общества объясняли обусловленностью природными инстинктами - потребностью в пище, жилье, материальных благах (марк­сизм), потребностью в удовольствие (З. Фрейд), проявлением естественной борьбы за власть (Ф. Ницше), влиянием космических и природных процес­сов, вызывающих те или иные общественные изменения (Л. Гумилев, А. Чижевский) или объясняли их игрой слепой стихийной силы (А. Шопен­

гауэр). В каждом из случаев история выглядит объяснимой, ясной и похо­жей на задачу, ответ которой уже известен, необходимо лишь подобрать переменные. Но если посмотреть на живых людей, их интересы и поступ­ки, то можно заметить, что при действии на них одинаковых факторов при­родного, экономического или социального характера, они по-разному «от­вечают» на внешние обстоятельства. В одних и тех же географических условиях, при одном и том же экономическом развитии, в условиях опре­деленной солнечной активности и т.д.

стоты «Я» может быть не только выводом о его невозможности, но основа­нием для его обретения. То, что одному дается без усилий, у другого тре­бует множество времени и труда. Потенциальность нового качества и вну­тренняя свобода к обретению «Я» может никогда не реализоваться, даже вытесняться его биологическим и социальным «Не-Я», и в то же время од­нажды оказаться единственным основанием в поиске выхода из пережива­ния абсурдности внешнего мира. Уникальность и незаданность «Я» в вы­боре цели и деятельности, соответствующей его интеллектуальным и нравственным запросам, становятся основанием творчества ценностей, идущих не вслед бытию, а «над бытием», «впереди бытия», когда индивид, осознавая свои потребности, способен пренебречь ими и действовать по своему усмотрению. Субъект как самоопределяющееся существо способен оказывать влияние на окружающее его природное бытие и созданное по его замыслу бытие вещей. В то же время ценностный фактор не совпадает по смыслу с фактором субъективным, личностным. В отличие от последне­го, ценностный фактор позволяет увидеть не только роль индивида, но и общества или отдельных социальных групп, связанных едиными ценностя­ми. Говоря о субъективном факторе в истории, мы утверждаем возмож­ность влияния на ход и направленность социальных процессов способно­стей отдельной личности, предполагая, что в них может доминировать воля, интеллект, духовность, вера и т.д. Ценностный фактор позволяет увидеть в деятельности личности стремление к воплощению внутренне­значимых приоритетов, которые она трансцендирует вовне. Таким об­разом, ценностный фактор не совпадает, а пересекается с субъективным: с одной стороны, в деятельности личности присутствует ценностное основа­ние, а с другой, - ценностный фактор проявляется не только в активности индивида, но и определяет направление деятельности социальных групп и общества в целом.

Способность направить собственный, внутренний и общественно-при­родный, внешний потенциал к утверждению смысло-значимой цели со­ставляет главное основание ценностного фактора. В свою очередь призна­ние ценностного фактора направляющим общественные и индивидуальные процессы саморазвития означает применение ценностного подхода к пони­манию бытия.

в) экзистенциальная сущность ценностного фактора

Ценностный подход к пониманию истории, прежде всего, видит ее субъектом экзистенциального индивида, являющегося той силой мирозда­ния, которая ради служения идее, свободе, истине, красоте, любви способ­на не подчиниться всеобщим доминантам бытия. Вырабатываемые им ценности могут долгое время оставаться только внутренне значимыми, но способны оказаться определяющими для последующих поколений.

Ценностный подход оставляет за индивидом право на собственный шаг в истории, сделанный в результате осознания причинности и потенциальной свободы. Ценностная свобода, при этом не сводится к произволу и утвер­ждению истинности любого решения. Сфера ценности - область должен­ствования, духовного совершенства, делающая бытие более полным, гар­моничным, а не рассеченным, уродливым. Творчество ценностей в этом смысле критерий развитости отдельного человека и общества в целом, по­казатель высоты или примитивности его истолкования жизни и своих воз­можностей. Изучение ценностей Востока и Запада, цивилизации и природ­ных обществ могут выступать основанием не только констатирования их различия, множественности социальной реальности, но и выводом об их равноправном сосуществовании, о внутренней непротиворечивости их пределов развития. Оно также может выступать основанием для анализа уровня их осознанного, не запрограммированного «Ответа» на «Вызов» исторической необходимости.

В чем же заключается роль ценностей в бытие? Для ответа на этот ключевой вопрос вновь обратимся к экзистенциальному определению при­роды человека, сущность которого понимается как свобода, проект самого себя, вечное становление. Но если человек есть проект, выбор должного состояния, то ценности оказываются выражением тех значимых целей, к которым он устремлен. Выбирая себя, свое «завтра», человек не просто стремится к иному, но к иному должному, а, следовательно, имеющему ценность. Ценности выступают направлением становления человека (об­щества) и при условии применения достаточных усилий становятся реаль­ностью. Человек становится тем, во что он верит, что ценит, чем более всего дорожит. В результате становления в направлении тех или иных ценностей индивид может оказаться «просто животным», «точным меха­низмом», «денежным мешком», «воплощением разума», «душой общества», «святым» и т.д. Таким образом, ценности - это и цели и все до­стижения личности на пути саморазвития.

Что касается общественного бытия, то и здесь «ценности как цели» являются воплощением наиболее значимых ориентиров развития, а «ценности как реальность» - результатами становления предыдущих поко­лений или этапов истории. Исследование настоящего, таким образом, ока­зывается анализом ценностей уходящих поколений, в то время как прогноз будущего есть изучение ценностей современного общества, его молодежи.

г) ценностный метод в познании

Ценностный подход к пониманию природного, общественного и ин­дивидуального бытия предполагает оперирование собственными метода­ми. Использование ценностного метода в исследовании исторической и со­циальной реальности предполагает выявление ценностной доминанты в

процессах изменения, направления, в котором осуществляются те или иные перемены. Это позволяет понять, а не только описать историко-соци­альный феномен или факт, выявить его смысл, а, следовательно, его силь­ные и слабые стороны. Если экономический, психоаналитический, волюн­таристский, географический и другие методы позволяют ответить на во­прос «по какой причине происходит то или иное явление?», то ценностный фактор дает возможность ответить на вопрос «во имя чего оно происходит, и какой смысл в этом содержится?» Ценностный фактор относится к раз­ряду логических методов, позволяющих анализировать сущность явлений, исходя из осмысления отношения субъектов к реальности в целом и ее отдельным проявлениям в частности.

Практическое использование ценностного метода предполагает: 1) выявление ведущих (доминирующих) и вспомогательных ценностей, ха­рактерных для предмета исследования (общества, эпохи, социальной груп­пы или личности); 2) анализ самих ценностей (консервативные - прогрес­сивные, духовные - утилитарные, всеобщие - частные, внутренние - при­внесенные, конструктивные - энтропийные, устойчивые - временные и т.д.); 3) изучение структуры ценностной иерархии (в том числе характера взаимосвязей отдельных ценностей); 4) поиск субъектов ценностей (если речь идет о ценностях общественного бытия), характеристика их индиви­дуальных способностей и качеств, определение меры их влияния на обще­ство, механизмов воздействия, отношения к ним общественных сил; 5) сравнение изучаемых ценностей с ценностями предшествующего периода, выявление и оценка тенденции их изменений; 6) создание аксиологической картины исторической эпохи (или определенного типа общества), исходя из соединения ценностей отдельных исторических субъектов и социаль­ных групп (как равновесной при суммировании векторов); 7) осмысление влияния ценностей на характер экономических, социальных, культурных и иных отношений.

Применение ценностного метода помогает понять не только смысл яв­ления, но и его динамику. Ценности как ориентир деятельности субъекта выступают смысло-значимыми целями, в направление к которым суммиру­ются все способности и силы. Их анализ позволяет понять тенденции в ис­торических и социальных процессах, выявить их закономерность и воз­можные следствия.

Применение ценностного метода возможно в философских, истори­ческих, социологических, антропологических исследованиях. Посредством его использования достигается более глубокое понимание своеобразия данного типа общества (эпохи), видение его мировоззренческой, духовной атмосферы, понимание смысла и направленности социально-экономиче­ских изменений и процессов, осознание роли личности в общественных яв­лениях, прогнозирование вероятных перспектив общественного развития. Это позволит более обстоятельно изучить упрощенные в историческом ма­

териализме, психоанализе и волюнтаризме отношения между материаль­ной сферой и духовной жизнью индивида, общества в целом. Этот подход применим как для описания макропроцессов, построения общих моделей истории, так и при изучении конкретных исторических явлений и процес­сов. Историческая и социальная реальность с позиции ценностного подхо­да оказывается тесно связанной с психологией, этикой, религией, фило­софской рефлексией. Этого не следует опасаться, помня, что именно чело­век и выступает творцом этой реальности. Декларируя единство взаимо­связи внутреннего и внешнего, свободы и необходимости, современная со­циально-историческая наука во многом продолжает традиции прошлого, относя на периферию исследования проблемы ментальности, духовной жизни, творчества, мировоззрения. В этой связи применение ценностного подхода оказывается возможностью антропологического видения истории, социологии, культурологии. Антропологическое видение не означает све­дения всех проблем к природе человека, оно предполагает отношение к личности как важнейшей составляющей социального бытия, способной (потенциально, но не всегда реально) воздействовать на объективные про­цессы в экономике, политике, культуре и даже в природе. Духовные способности личности, сведенные исключительно к процессу познания, оказались недооценеными диалектическим материализмом, позитивизмом, современной наукой. Их роль определялась как второстепенная и дополня­ющая трудовую деятельность. Из всего многообразия духовных способно­стей наукой позитивно оценивалось только познание и творчество. В то же время создание ценностей, идеалов, интуитивная и созерцательная сферы, религиозность, нравственность не рассматривались как самостоятельные, творческие силы, способные преобразовывать реальность. Пренебрежение к этим сферам в научной области оказало влияние и на ослабление их раз­вития в действительности. Осмысление энергетической, движущей роли духовного в развитии личности, общества, природы выступает одной из важнейших задач применения ценностного метода в изучении реальности.

Применение ценностного метода способствует развитию «открытого общества» и «открытой истории», позволяющих осознать ценность каждой личности и каждого социального типа без утверждения тотального синтеза и подчинения традиционного пути развития динамическому. Это позволит «реабилитировать» для познания маргинальные слои социума, по-новому осмыслить роль ненаучных форм сознания и мировоззрения, демократично оценить достижения различных этносов и эпох. Ценностный метод пред­полагает, что в философии истории, как и в любом знании об обществе нет «периферии» для познания. В то же время именно этот метод позволяет придать этим знаниям гуманистическое звучание, утверждая не только ценность, но и ответственность каждого в истории.

Современная эпоха, отличающаяся безостановочной переоценкой ценностей, не умаляет роли ценностного метода в исследовании своих фе­

номенов. Если не стремиться выявить ключевые ориентиры жизнедеятель­ности личности и общества, современные сверхдинамичные процессы из­менений превращают нашу картину мира в хаос и нагромождение случай­ных перемен. Исследование ценностной динамики, основных тенденций в эволюции ценностных ориентиров - одна из наиболее актуальных сторон современного социально-философского познания. При этом необходимо учитывать тот факт, что отдельные виды ценностей более динамичны (по­литические, правовые, культурные, экономические), по сравнению с дру­гими (этическими, религиозными, экзистенциальными) и изучать их влия­ние на общий ход социального процесса необходимо в связи с особенно­стями их проявления. Ценностный подход не позволяет доминировать в познании какой-либо одной мотивации, например, экономической, он предполагает исследование каждого уровня отношений в обществе как иг­рающего свою «неотчуждаемую» и незаменимую роль в единой картине реальности. Ценностный подход, поэтому не означает морализации или эстетизации истории, как преобладания этических или эстетических ценно­стей и признание их доминирования. Он стремиться к выявлению роли каждого фактора, связанного с реализацией смысло-значимых отношений личности (общества) к бытию и к анализу их влияния друг на друга. Введе­ние ценностного метода в арсенал современного социально-философского анализа позволит сформироваться особой отрасли познания реальности - аксиологии истории, позволяющей наиболее полно исследовать взаимо­действие духовного и материального, социального и онтологического в об­щественном процессе.

д) субъективность ценностного метода: недостаток или досто­инство?

Если роль наблюдателя по отношению к физическим объектам еще до конца не изучена, то влияние субъекта на исследование исторической и общественной реальности не вызывает сомнений. Главные проблемы в этом случае состоят в том, правомерно ли это влияние, необходимо ли стремиться к его преодолению ради познания истины, что позитивного и негативного несет это влияние объекту познания, самому процессу позна­ния и его результатам.

Одним из первых в отечественной социальной философии эту проблему исследовал Н. Кареев, называвший философию истории «судом над историей». Он подчеркивал, что объективизм, «индефферентизм», апа­тия не подходят для обозначения принципов философско-исторического анализа. Как любой человек, философ всегда будет пристрастным, но не в пользу личной выгоды, а в пользу общего блага: «следователю подобает беспристрастие, но судья не должен быть беспристрастным к закону, пра­ву, справедливости и не может объявить безразличным то, что попрало за­

кон, нарушило право, оскорбило чувство справедливости»^[400]. Поэтому за­дачей истории является не «пассивное воспроизведение прошлого», а его понимание и оценка. Критерием исследования, по мнению Кареева, может служить единственная мера - прогресс, то есть получение большего блага через наименьшие жертвы. К сожалению идеи Н. Кареева были надолго за­быты в отечественной философии, и поэтому их возрождение сегодня ока­залось еще более актуальным.

По мнению современного теоретика истории А.С. Панарина, «фило­софский смысл антропологического измерения истории состоял в том, что­бы выявить зависимость между «качеством» человеческого материала и духовными параметрами бытия», а также обосновать «различия историче­ских судеб народов «инаковостью» биосоциальных ядер этнических культур, их суверенностью и автономностью по отношению друг к другу, несводимостью к единому знаменателю или тождеству в виде «производи­тельных сил» или «законов классовой борьбы», в целом, социально-эконо­мической детерминированности исторического процесса».^[401]Понимание истории как науки о человеке с позиции человека позволяет увидеть в ней не только политэкономию или перечень фактов, но осознать индивидуаль­ность каждого народа, эпохи, культуры от своего собственного имени, принимая личную ответственность за эту позицию. Стремление к объек­тивности и беспристрастности в исследовании истории является задачей каждого ученого, но, как справедливо отмечает другой современный фило­соф истории И.А. Гобозов, каждый историк еще человек и гражданин, «ко­торому вовсе не безразлично, что происходит в обществе, в котором он живет».^[402]Вопрос, однако, в том, как относиться в этой оценочности иссле­дователя, считать ли ее помехой, которой, к сожалению, не избежать, или рассматривать ее как нечто значимое? В отличие от научной традиции в философии истории, французская школа Анналов, например, в лице своих теоретиков Л. Февра, М. Блока, Ф. Броделя, П. Шоню, Ж. Дюби и др. утверждает правомерность и необходимость для исторического знания субъективного видения исторических эпох или общественных образова­ний. Английский философ Дж. Коллингвуд также полагал, что идея исто­рии «принадлежит каждому человеку в качестве элемента его сознания»^[403], а, следовательно, интерпретация внутренне присуща историческому иссле­дованию. Большинство историков, вероятно, не согласятся с этим подхо­дом, в то время как в философии истории он давно признан как единствен­но возможный. Еще Г. Зиммель отмечал, что «субъективное воспроиз­водство, в котором и состоит всякое понимание истории, возможно для нас

лишь там, где непосредственно за рядом внешних поступков ставятся ряд мыслей, желаний и чувств», но такое познание невозможно заключить в круг научных представлений, так как оно стоит «вне альтернативы истин­ногои ложного».⁴⁰⁴Субъективность представляется излишней с точки зре­ния научного рационализма, в то время как в философии, понимаемой в ка­честве особой формы миропонимания, она является самоценной, так как благодаря ее выражению осуществляется индивидуальность свободного творчества. Изучение коллективных переживаний, общественной психоло­гии, феноменологический анализ становятся важнейшими ступенями исто­рического познания, ведущими исследователя к пониманию всей полноты жизни того или иного типа общества. Необходимость применения таких методов в отечественной науке впервые в постсоветский период отстаива­лась А.Я. Гуревичем и М.А. Баргом, но, несмотря на значительные переме­ны в социальной философии и философии истории, их утверждение еще остается проблематичным. Анализ «атмосферы», «духа» той или иной эпо­хи, ментальности или коллективного сознания отдельных народов требует не только описания исторических фактов, но и поиска их смысла, значения в судьбе конкретного общества, предполагает поиск внутренних, не лежа­щих на поверхности устремлений тех или иных народов. Это затрудняется, во-первых, тем, что в отечественной истории в советский период такая тра­диция практически не развивалась, и исследования в этой области были яр­кими исключениями из общего правила написания социально-экономиче­ской истории. Поэтому не сложилось и создание собственной феноменоло­гической школы истории, не были разработаны специальные методы изу­чения исторических документов, фольклора, литературы, искусства наро­дов с позиции выявления особенностей мировоззрения, ценностных прио­ритетов, нравов, убеждений и поведения. Во-вторых, изучение нематери­альной сферы в науке традиционно рассматривается как область, в значи­тельной степени зависящая от мировоззрения самого исследователя и, сле­довательно, «искажающая» историческую реальность. Субъективность, оценочность, интерпретационность отвергались не только историческим материализмом. Сегодня они также вызывают недоверие, но уже тем, что могут привести к созданию новых монистических доктрин, догматических моделей, сковывающих историческое познание своими рамками. Но, не­смотря на все сложности, комплексный метод изучения социальной и исто­рической реальности становится все более актуальным и соответствует по­требностям постнеклассической эпохи, переживаемой современным чело­вечеством.

Исследуя системы ценностей различных цивилизаций не возможно оказаться вне собственной ценностной картины, через призму которой каждое сопоставление и анализ будет в известной мере субъективным. Од­нако, являясь равноправным участником исторического процесса, субъект

познания имеет право на собственные выводы о реальности, и его отноше­ние к ней также является историческим фактом, имеющим собственную значимость. В то же время исследователь исторической реальности не тож­дественен обыденному субъекту. Можно сказать, что первым условием ценностного анализа цивилизаций выступает теоретический уровень мыш­ления, предполагающий системность, доказательность, рациональность. Иначе любые эмоциональные, пристрастные мнения также будут претен­довать на философское видение истории. Следующим условием является анализ ценностей относительно различных систем соотнесения, в том чис­ле по следующим направлениям: как данная система ценностей влияет на природную среду, свободное саморазвитие членов общества, жизнь социу­ма в целом. Такой анализ позволит составить более глубокое представле­ние о сильных и слабых сторонах той или иной ценностной системы, избе­жать упрощений, связанных с обобщенной оценкой. Следует подчеркнуть, что подобный анализ, несмотря на теоретизацию, в целом не может быть универсальным, объективным знанием о мире. Творчество смыслов, выяв­ление значимости - области свободы мышления индивида, поэтому соци­альная философия никогда не может быть сведена к исторической науке. Философствование как актуализация мировоззрения в теоретической фор­ме предполагает, что субъект способен не только «отражать» реальность, но и продуцировать вокруг него смысловое поле. Собственное понимание, интерпретация, индивидуальное видение, дополненные теоретическим об­основанием, - не только право, но и долг любого исследователя. При этом важно понимать, что ценности настоящего времени и нашего собственного индивидуального мировоззрения не только оказывают влияние на понима­ние прошлого, но и во многом исходят из него. Именно об этом и писал Р. Арон в «Введении в философию истории», говоря, что «ценности, от име­ни которых я сужу о настоящем, происходят из истории, вложены в меня объективным духом, который я ассимилировал, по мере того как подни­мался до личного сознания»^[404]. В этом смысле каждая личность - феномен истории и ее зеркало, а историческая рефлексия - противостояние конеч­ности и смертности личности.