Философия как форма мировоззрения

Появление Итак, к VII-VI вв. до н.э. в значительной

философии степени благодаря мифу и религии миро­

воззрение людей не только расширилось, но и существенно усложнилось. Оно вышло на качественно новый уровень своего развития благодаря тому, что обрело способность и реальные основания (в виде накопленных знаний) к абстрактному теоретическому мышлению.

Таким образом, около 2500 лет тому назад в Европе и в Азии практически одновременно сложились необходимые предпосылки для появления еще одной, наиболее развитой, третьей формы мировоззрения — ФИЛОСОФИИ, которая, в отличие от мифа и религии, давала объяснения миру, опи­раясь не на веру и чувства, а на разум и знания.

Философия возникла примерно в одно и то же время в Индии, Китае и Древней Греции как способ рационально­го постижения мира. К этому времени миф и религия со сво­ими готовыми, раз и навсегда данными ответами уже не справлялись со все новыми вопросами и не могли удовлет­ворить возросший интерес человека к познанию. Не могли они также справиться и с обобщением, систематизацией, передачей другим поколениям заметно возросшего и услож­нившегося опыта и знаний.

Как отмечает известный немецкий философ Карл Яс­перс, в это время (он называет его «осевым») человечество в целом совершает качественный скачок в своем развитии. Ми­фологической эпохе с ее спокойной устойчивостью приходит конец, и она медленно отступает в результате борьбы рацио­нальности и рационально проверенного опыта против мифа. «Ось мировой истории следует отнести, по-видимому, ко вре­

мени около 500 лет до н.

Впервые появились философы. Человек в качестве от­дельного индивидуума отважился на то, чтобы искать опо­ру в самом себе. Отшельники и странствующие мыслители Китая, аскеты Индии, философы Греции и пророки Изра­иля близки по своей сущности, как бы они ни отличались друг от друга по своей вере, содержанию и внутренней структуре своего учения. Человек может теперь внутренне противопоставить себя миру. Он открыл в себе истоки, по­зволяющие ему возвыситься над миром и над самим собой». (Ясперс К. Смысл и назначение истории. M., I99l. С. 32-34).

Одной из причин произошедших перемен стало и то, что мифология пришла в противоречие с зачатками научного знания, для получения, развития и объяснения которого требовались не очередные мифы, а обращение к природным закономерностям и естественно-причинным связям. В итоге за сравнительно короткое время в мировоззрении людей произошли кардинальные перемены; в нем все большую роль стали играть знание, разум, аналитическое мышление, сильно потеснившие всевозможные верования, основанные на чувственном, эмоциональном восприятии почерпнутой извне информации. На место отца, жреца, священника, ко­торым надо было просто поверить, пришел учитель (философ), задающий вопросы и взывающий к сознанию. Он будил ин­терес, сея сомнение, и говорил: «Не верь, а думай сам!».

Философ раскрепощал мышление, освобождая его от предрассудков, и развивал способность к критическому мышлению, что абсолютно не свойственно мифологически и религиозно ориентированному мировоззрению. В отличие от тех, кто был носителем доставшейся от предков «мудро­сти», хранителем заповедей, кто предлагал взять готовые знания и бесспорные истины на веру, философ учил форму­лировать вопросы и искать на них ответы, обращаясь преж­де всего к здравому смыслу и силе своего интеллекта.

Суть Так сформировалась принципиально но-

философского _вая область знания, чувствования, виде- знания _{ния и} понимания мира, имя которой —

философия.

Такие взгляды представляют собою совокупность раци­онально полученных знаний, в основе которых лежат воп­росы и неутомимое желание человека ответить на них. Но природа познания такова, что ответ на один вопрос неред­ко порождает массу других вопросов и подчас не столько проясняет, сколько еще больше запутывает проблему, обо­стряя человеческое любопытство и побуждая к новым иссле­дованиям. Речь, таким образом, идет о творчестве, постоян­ном поиске, стремлении к новому.

Если в мифологии и религии акцент делается на ответе, в нем заключен весь смысл познания, то в (Ьилософии главный интерес представляет вопрос, в котором, если он правильно и хорошо сформулирован, наилучшим образом отражается существо проблемы. Вопрос является важнейшим стимулом познания, держит человека в творческом напряжении, на­правляет на поиск до тех пор, пока он не будет «закрыт», т.е. пока на него не будет получен удовлетворительный ответ с обретением уверенности в достижении истины. При этом сам вопрос, постановка проблемы, ценятся не меньше, а то и больше, чем ответ.

Важно отметить в этой связи, что философия, хотя и стре­мится к определенным результатам, законченным формули­

ровкам, окончательным выводам, тем не менее, не сводится только к этому. Как подчеркивал известный историк фило­софии А.С. Богомолов, «...философию следует прежде всего понимать как духовный процесс, происходящий в сфере че­ловеческой культуры, тесно связанный с различными проти­воречиями и взаимодействиями и в то же время способный в эти иные области переходить и в них воплощаться».

Предмет Если теперь поставить вопрос о предмете

философии философии, можно сказать и так: «Что же

она изучает?», то из приведенного выше следует — предметом философии является любая объективная и субъективная действительность, вызывающая у человека ин­терес к познанию и порождающая у него вопросы, на которые он стремится дать рационально обоснованные ответы, опира­ясь на доступные ему знания, опыт и даже в определенной сте­пени верования, убеждения, интуицию. Иными словами, пред­метом философии может быть все, по поводу чего человек задается вопросом в стремлении выработать собственные представления относительно объекта своего интереса. В этой связи вполне правомерно говорить о философских взглядах и даже о философии того или иного человека, если речь идет о ком-то конкретно, с чем мы и сталкиваемся до­вольно часто в обыденной жизни.

Однако в данном случае нас интересует философия как предмет, как социальное явлениё, ставшее результатом раз­вития не отдельного человека, а общества в целом и потому в приведенном выше определении понятие «человек» упот­ребляется в собирательном смысле. Мы и далее, если не пос­

ледует специальных оговорок, будем говорить о философии именно в таком контексте. В этой связи следует отметить, что хотя с общих, вневременных позиций предмет филосо­фии и определен нами достаточно широко, в отдельные ис­торические эпохи на первый план философских исследова­ний в силу тех или иных причин, как правило, выдвигается круг каких-то определенных вопросов.

Так, отличительной чертой первых философских учений в Древней Греции был космоцентризм, когда основное внимание было направлено на осмысление «космоса», «природы».

Кризис «классической философии» и рациональности во второй половине XIX в. обнажает проблемы иррационально­го, интуитивного, бессознательного, делая их главным предме­том анализа «неклассической философии» в первой полови­не XX в., что в свою очередь порождает особый интерес к логике, языку, истолкованию и интерпретации текстов. В последние десятилетия XX в. «в моду вошла» так называемая «постне­классическая философия», поднявшая на обсуждение кризис­ные явления в современной культуре и проблемы, обусловленные экспансией новых информационных технологий, а также бур­ным развитием средств массовой коммуникации. Рассуждая об «исчерпанности истории», «проговоренности» всех смыслов и идей, обращая внимание на неспособность человека спра­виться с обрушившейся на него информацией, представи­тели этой философии выступают за асистемность, размыва­

ние устоев, ценностей и границ традиционного философского европейского знания, как не соответствующего новым реа­лиям.

Наконец, еще одна тема, ставшая фундаментальной и одной из наиболее актуальных в новейшей философии на пороге XXI в., связана с экологией и мировыми проблемами стремительно глобализующегося мира.

Итак, нетрудно заметить, что в целом предмет филосо­фии не может быть сведен к какому-то одному, строго ог­раниченному, конкретному кругу вопросов.

Структура Уже в первые столетия своего становле-

философского ния и развития, и прежде всего в Древней знания Греции, философия достигла высоких ре­

зультатов в области познания природы, человека, общества, ду­ховности, а также причинных связей, законов и т.п., сложив­шись в некое общее представление людей о мире с позиции рациональности. Но в силу бесконечного разнообразия и многогранности мироздания уже тогда из еще нерасчленен- ных философских знаний выделились отдельные разделы, которые со временем развились, обрели достаточно четкие контуры, дополнились новыми разделами. Они и состави­ли структуру философского знания,тае важнейшими ком­понентами являются: онтология — учение о сущем, о бытии; гносеология (подругой терминологии — эпистемология) — те­

ория познания; социальная философия — учение об обществе; этика, или учение о морали; аксиология — учение о ценнос­тях; философская антропология — учение о человеке и др.

Понять суть философских проблем, выявить наиболее важные и актуальные из них, наконец, просто приобщиться к философии — значит внимательно изучить указанные раз­делы, рассматривая их в конечном счете как составные час­ти единого целого. Вот почему каждый из этих разделов бу­дет предметом специального разговора в соответствующих главах данного учебного пособия. В итоге мы увидим, что у философии сложился свой, характерный только для нее язык, свои подходы и методы, наконец, система категорий — наи­более общих, предельных понятий, в которых отражаются са­мые существенные связи, свойства и законы, касающиеся природы, общества, мышления. При этом и каждый раздел или направление в философии имеет также свой понятийный аппарат, т.е. систему категорий, присущих только данной об­ласти знания и раскрывающих их основную суть.

Наряду с рассмотренными темами в философии имеют место и такие области знания, которые как бы «пронизыва­ют» все остальные, органично сочетаясь с ними и дополняя их. Таковой является, например, диалектика — философское учение о движении, развитии и изменениях, происходящих в природе, обществе, человеке и его мышлении.

В силу объективных причин отдельные области философ­ского знания получили значительное развитие и со временем сложились как самостоятельные философские дисциплины. К таковым можно отнести, например, логику — науку, изуча­ющую формы, законы и приемы мышления, с помощью ко­торых человек осуществляет познание; этику— учение о нравственности, морали; эстетику — науку о прекрасном, о сущности и формах творчества по законам красоты, и др.

Особого упоминания заслуживает история философии — дис­циплина, которая по существу является не столько философс­кой, сколько исторической, но также входит в структуру фило­софского знания, ибо изучает зарождение, становление и развитие философской мысли, эволюцию и характер философ­

ских идей с точки зрения того, как они представлены в учениях различных философов, школ, течений, направлений. Значи­тельное внимание в истории философии уделяется системати­зации и классификации философских учений, анализу текстов, исторических дат, сбору фактического материала, биографичес­ких данных и т.п. В этой связи, изучение философии, направ­ленное на расширение и углубление мировоззрения, на выра­ботку собственных философских взглядов, предполагает обязательное знакомство с ее историей, основными представи­телями и наиболее важными философскими произведениями.

Новые области Структура философского знания не явля- философского ется неизменным, раз и навсегда сложив- знания шимся формированием. Она претерпева­

ет изменения по мере развития философии и расширения круга решаемых ею проблем. Когда научные теории или фи­лософские концепции вступают в полосу кризиса, а то и вовсе обнаруживают свою несостоятельность, наступает пе­реоценка их места и роли в системе знания, что нередко ве­дет к концу их теоретической и практической ценности. Так было, например, с теорией флогистона, поиском «философ­ского камня», философией эмпириокритицизма и многими другими идеями, потерявшими актуальность и ставшими достоянием истории. Существует мнение, что нечто подоб­ное происходит сегодня и с философией в целом. Некото­рые даже полагают, что философия себя изжила.

Действительно, немало философских идей, направлений, концепций себя не оправдало, а современное состояние мно­гих из них находится в трудном положении, иногда и вовсе в глубоком кризисе. Но философия в своем изначальном зна­чении — как «любовь к мудрости», как способ отыскания ис­тины, как состояние души, наконец, как особый тип миро­воззрения была и будет, пока есть человечество.

Подтверждением этому является и ряд относительно но­вых областей философского знания (иногда они претенду­ют на статус самостоятельных философских дисциплин), которые возникли в результате применения подходов и ме­

тодов философии к изучению отдельных сфер обществен­ной жизни, сложных объектов, конкретных наук и т.п. Воз­никновение большинства из них связано с новейшей исто­рией философии и относится в основном к XX столетию. В первую очередь речь идет о философии природы, философии пра­ва, науки, истории, политики, искусства, религии, техники и др. Последние десятилетия прошедшего века ознаменовались появлением еще одной, сверхновой и весьма актуальной об­ласти исследования — философии глобальных проблем, чему по­священа заключительная глава настоящей книги.

Метафизика В философской литературе широкое рас­пространение имеет еще один термин — «метафизика», который употребляется, как правило, в качестве синонима слову «философия». Говорят, например, о метафизической природе того или иного вопро­са, проблемы, имея в виду их философское содержание. Од­нако полностью отождествлять философию с метафизикой не совсем корректно, так как понятие «метафизика» имеет более узкий смысл и исторически возникло несколько позже. Оно было введено в оборот в I в. до н.э. Андроником Родосским — первым издателем и комментатором произведений великого древнегреческого философа Аристотеля, предпринявшего (в IV в. до н.э.) беспрецедентную по тем временам попытку прове­сти классификацию накопленных знаний. Его трактаты, ох­ватывающие практически все сферы философского и прото- научного (т.е. неразвитого, зачаточного) знания античности, в основном воспроизводят структуру этого знания своим де­лением на 7 больших групп: логические, физические, биологичес­кие, этические, социально-политические, а также сочинения, которые сам автор называл «первой философией». Сюда он от­носил труды по проблемам онтологии и гносеологии.

Публикуя произведения Аристотеля, Андроник соединил работы под названием «Физика» и труды по «первой филосо­фии» в рамках одной книги, поместив физику в начало. А по­скольку слово «после» соответствует греческому мета, то впос­ледствии свод трактатов по «первой философии» стали называть

метафизикой, нередко толкуя это понятие расширительно. Так, в силу определенных причин в марксизме метафизикой имену­ют всю «старую», как полагают сторонники этой теории, с их точки зрения «преодоленную», «исторически отжившую» фило­софию, в то время как в мировой философской литературе со­хранилось и активно используется первоначальное значение данного термина, обозначающего часть философии, где иссле­дуются в основном проблемы онтологии и гносеологии.

Об «основном вопросе философии»

У каждого изучающего философию рано или поздно законо­мерно возникает интерес к тому, есть ли в философии такие вопросы, проблемы, которые по отношению ко всем осталь­ным были бы первостепенными, т.е. наиболее важными, глав­ными, основными. Тема эта представляет интерес не только для начинающих, но и для профессиональных философов, среди которых одни уделяют ей серьезное внимание, другие, напротив, не считают ее актуальной. И тем не менее, если окинуть общим взглядом всю долгую историю философии, не трудно заметить, что упоминавшиеся в начале главы «вечные» философские проблемы, касающиеся происхождения, гене­зиса, сущности мироздания и человека, а также, например, смысла жизни, природы человеческого познания и т.п., так или иначе присутствуют практически во всех философских учениях, фрагментарно или, напротив, детально обсуждают­ся в различных философских трудах, независимо от того, кому именно они принадлежат и к какому времени относят­ся. Действительно, трудно найти философа, который бы ни­как не обнаружил своего отношения к тому, что являют со­бой сознание, мышление, дух, идеальное и как они соотносятся с материей, природой, бытием, или, например, не усомнился бы в своих «мудрствованиях», рассуждениях и выводах. Это обстоятельство и дало в свое время основание Ф. Энгельсу (1820-1895) сформулировать так называемый «основной вопрос философии», в котором выделяется две стороны.

Первая из них касается соотношения материального и идеального. Вопрос ставится так: «Что первично, материя или дух (сознание)?» или, как сказал сам Ф. Энгельс: «Великий ос­новной вопрос всей, в особенности новейшей, философии есть воп­рос об отношении мышления к бытию».

Вторая сторона тесно связана с первой и формулиру­ется следующим образом: «Познаваем ли мир?» Другими словами: «Можем ли мы в наших представлениях и понятиях о действительном мире составлять верное отражение действи­тельности?»

мир изначально материален, а сознание — порождение этой материи) и идеалистов (которые считают, что в основании

мира находится нечто идеальное, предшествующее материи и создающее ее). При этом различают две разновидности идеализма — объективный и субъективный.

Тех, кто началом всего сущего признает нечто нематери­альное и независящее от человеческого сознания (т.е. суще­ствующее объективно) — это может быть бог, мировой разум, идея, вселенский дух и т.п., — относят к объективным идеалис­там. В истории философии таковыми бесспорно признают­ся Платон, Ф. Аквинский, Г.В. Гегель, В. Соловьев, Н. Бердяев и др. В'случае, когда мир рассматривается лишь только через призму индивидуального (субъективного) сознания, говорят о субъективном идеализме, яркими представителями которо­го являются Дж. Беркли, Д. Юм, И.Г. Фихте.

Материалистических школ и течений в истории филосо­фии обнаруживается тоже достаточно много. Так, о несот- воримости и неуничтожимости материи говорили уже пер­вые философы. К представителям этого, так называемого «наивного материализма» относятся древнекитайские филосо­фы: Лао-цзы, Ян Чжу; древнеиндийские философы из шко­лы локаята; знаменитые философы античности: Гераклит, Эмпедокл, Демокрит, Эпикур и др. В Новое время, когда шло

активное становление и развитие классической механики, широкую известность получил «механистический материа­лизм» (П. Гольбах, П. Гассенди, Ж. Ламетри). Рассматривая пос­ледующие эпохи, можно выделить «антропологический матери­ализм» Л. Фейербаха, «вульгарный материализм» Фогта, Бюхнера, Молешотта и, наконец, получивший широкую известность «диалектический материализм» К. Маркса, Ф. Энгельса и их многочисленных последователей.

Заметим, однако, что те или иные философы, называемые поданной классификации материалистами или идеалистами, сами себя могут и не относить к какому-то из этих направле­ний, рассматривая такое деление как неоправданную схема­тизацию и упрощение. Основанием для подобных взглядов является то, что, будучи сформулированным прямолинейно и в категоричной форме, когда другие подходы к пониманию этой проблемы игнорируются, «основной вопрос филосо­фии» с необходимостью делит абсолютно всех философов на два больших противоположных лагеря — материалистов и иде­алистов и как частный случай выделяет лишь дуалистов — тех, кто полагает материальную и духовную субстанции равноправ­ными началами, как, например, Р. Декарт.

Однако в истории философской мысли найдется немало и других проблем, которые также рассматриваются как самые важные или наиболее значимые, а потому многие философы, рассуждая о субстанции (первооснове мира), не склонны со­относить ее с «основным вопросом философии». Так, напри­мер, для первых античных философов самая фундаментальная философская проблема сводилась к вопросу: «Из чего сделан мир?» И он казался им самым главным, основным.

С точки зрения средневековой схоластики «основной воп­рос философии» может быть сформулирован следующим об­разом: «Как возможно рациональное обоснование существования Бога?» Для современных религиозных философских концеп­ций, в частности, неотомизма, он и теперь остается главным.

Интересной представляется позиция И. Канга, для которого вопрос «Что такое человек?» является по существу «основным вопросом философии». Человек, с его точки зрения, приналле-

житдвум различным мирам — природной необходимости и нрав­ственной свободы, в соответствии с которыми он, с одной сто­роны, — продукт природы, а с другой стороны — результат того, что «как свободно действующее существо, делает или может и должен делать из себя сам». (Кант И. Соч. Т. 6, М., 1966. С. 351).

В философии же экзистенциализма за «основной вопрос» принимается проблема, которую каждый индивид должен сам для себя решить: «Стоит ли жить?», ибо без ответа на него все остальное теряет всякий смысл, полагают сторон­ники этого направления. Как отмечает французский фило­соф-экзистенциалист А. Камю: «Решить, стоит ли жизнь тру­да быть прожитой или она не стоит этого, — значит ответить на основной вопрос философии».

А прагматизм, например, центральное внимание уделяет понятию истины и проблеме ее установления.

зрения на тему весьма важную и принципиальную, сформу­лируем проблему иначе: а есть ли вообще какой-то один, единственно прдвильный, исключающий все остальные «основ­

ной вопрос философии»? Представляется, что в такой катего­ричной формулировке — нет. Абсолютизировать какую-то одну проблему можно лишь с определенной долей условно­сти, понимая, что речь идет о схематизации, сознательном упрощении сложных вопросов в целях решения той или иной конкретной задачи.

Так, говоря о наиболее распространенных, фундаменталь­ных философских категориях — «бытие», «субстанция» — и определяя к ним отношение тех или иных философов, мож­но, следуя логике сторонников однозначного решения «основ­ного вопроса философии», с определенной долей условности разделить всех философов на материалистов, идеалистов и ду­алистов. И в целом такое деление вполне правомерно, когда пытаются, например, выявить круг наиболее часто обсужда­емых в философии проблем или если ставится задача луч-

ше понять историю философии, преемственность тех или иных философских идей, школ, направлений.

В то же время следует помнить об ограниченности любой схематизации, чтобы не закрывать возможность для появления и существования и других взглядов, которые могут открыть но­вый ракурс видения проблемы или вообще сформулировать новую, не менее важную постановку вопроса. История знает немало примеров подобного рода, когда предлагалось посмот­реть на то же самое с другой, необычной или самой неожидан­ной стороны, а в итоге получались открытия, которые были бы невозможны с позиции прежних представлений. Смена геоцен­трических взглядов на гелиоцентрические, появление теории относительности, доклад Римскому клубу «Пределы роста» и многое другое стали возможны только благодаря нетрадицион­ному, неординарному взгляду на то, что для многих уже давно стало привычным, устоявшимся, само собой разумеющимся. Данные примеры только подтверждают ту мысль, что в научном познании (а уж в философии тем более) нужно с известной до­лей осторожности относиться к «жестким», однозначным фор­мулировкам, ибо это нередко ведет к укреплению заблуждений, а в конечном счете — к застою и догматизму.

В ответах на вопрос о познаваемости мира среди фило­софов также обнаруживаются разные подходы, где выделя­ются две крайние позиции. Одна из них получила название гносеологического оптимизма, в соответствии с которой счита­ется, что познавательные возможности человека в принци­пе не ограничены, и он рано или поздно сумеет открыть ин­тересующие его законы природы и общества, раскрыть суть вещей и установить истинную картину мира. В этом контек­сте следует назвать Г.В. Гегеля, К. Маркса и многочисленных сторонников его учения.

Другую позицию занимают агностики (от греч. а — отрица­ние и gnosis —знание), полагающие, что полное (или даже час­тичное) познание мира, сущности вещей и явлений в принципе невозможно. Такие взгляды наиболее характерны для Д. Юма. Как правило, сюда причисляют и И. Канта, что является спор­ным, вызывающим дискуссию в философской среде.

О пользе сомнения в философии

Сопоставляя и оценивая ту и другую по­зиции, следует принять во внимание, что познание, тем более философское, —

сложнейший процесс, в ходе которого важную роль играет сомнение. Оно не только правомерно, но и является необхо­димым элементом любого творчески ориентированного по­знания. Более того, если философские рассуждения лишены всякого сомнения, а некритически воспринимаемое прошлое и консервативная приверженность некогда усвоенным кано­нам становятся нормой — это верный путь к догматизму, за­стою и деградации.

На это обратили внимание уже античные мыслители Пир­рон из Эллады, Аркесилай, Секст Эмпирик и др., основатели скептицизма — философского направления, где сомнение было объявлено основным принципом мышления, а человеческое знание относительным. Скептицизм возник как реакция на засилие философских учений, претендовавших на бесспор­ное обладание истиной и правильное понимание вещей, и в этом отношении сыграл, несомненно, положительную роль.

Однако соблюсти меру, сохранить здоровую долю скепти­цизма — задача не из простых, о чем еше будет идти речь в от­дельных главах учебного пособия. Здесь же подчеркнем, что «во­инствующий» агностицизм, исторически тесно связанный со скепсисом, сомнением, в своих попытках отыскать предельные границы человеческого познания выглядит не более убедитель­но, чем гносеологический оптимизм, декларирующий без дос­таточных на то оснований всесилие человеческого разума.