Глава 3. Особенности перехода новых независимых государств на путь рыночной экономики и демократического развития

Как было отмечено в предыдущей главе, после распада СССР перед новыми постсоветскими государствами встала задача построения рыночной экономики и демократической политической системы.

Построение рыночной экономической системы, создание капиталистической экономики являлось очень серьезной и трудной проблемой, поскольку в недрах СССР никаких элементов капиталистической экономики не было. Как отмечал Маркс, для нормального функционирования капиталистической рыночной системы необходимы, с одной стороны, капитал, а с другой - наемные работники, лишенные собственности, само собой разумеется, что капитала в СССР и в помине не было.

Формирование либеральной демократии, избранной суверенными республиками в качестве формы своей политической системы - также было важным и нелегким для решения вопросом. Бывшие советские республики должны были отказаться от прежнего командно-административного метода руководства, тоталитарного общественного устройства и внедрить демократические формы отношений.

Обе эти задачи были чрезвычайно сложными для практического решения, поскольку они, по существу, означали переход от одной общественно-политической системы к качественно иной, из социалистической системы отношений в капиталистическую, чего история прежде не знала.

Так, например, в Новое время переход ряда европейских государств от феодализма к капиталистическому общественному строю носил естественный характер, поскольку новые буржуазные отношения сформировались уже в недрах феодального строя, при этом буржуазные революции, по сути, являлись завершающим актом

формирования капиталистической системы. То есть, государства, переходившие из феодализма в капитализм, были политически, экономически, духовно готовы к такому переходу. Кроме того, идеологическая основа нового буржуазного общественно-экономического строя также была уже подготовлена в условиях старой феодальной системы общественных отношений выдающимися либеральными мыслителями, такими как Гоббс, Локк, Монтескье, Руссо, Кант и мн.

Таким образом, в результате буржуазных революций Нового времени в европейских государствах произошла естественная смена политической системы, свершившаяся революция дала простор развитию новых общественных отношений, производительных сил, которые уже сложились в недрах прежнего строя. То есть, буржуазные революции привели в соответствие государство, политическую систему, надстройку с уже сформированными в условиях старого строя новыми капиталистическими общественными отношениями.

Особенность перехода группы государств, образовавшихся в результате крушения СССР, к новому общественному строю состояла в том, что никаких элементов ни рыночной экономической системы, ни демократических отношений в них не было. Предстоявший этим странам переход был не просто реформой, не простой сменой политической власти, а коренной ломкой всей системы отношений - от государственной общественной собственности необходимо было перейти к частным формам собственности, от плановой экономики к рыночной экономике, никаких элементов которой при социализме не было, от советской социалистической политической системы к либеральной демократии.

Более того, в природе не существовало и никаких теоретических представлений об этом процессе. Если, как мы указывали выше, трансформация феодальной системы отношений в капиталистическую была теоретически осмыслена в трудах великих философов- демократов, переход от капитализма к социализму

был проанализирован классиками марксизма, то преобразование социалистической системы отношений в капиталистическую никем продумано не было, все делалось, решалось, анализировалось буквально на ходу.

Кроме того, следует учитывать и тот факт, что многие бывшие советские социалистические республики вообще не имели никакого представления о капитализме, о капиталистической организации производства, о буржуазной плюралистической политической системе. В этом отношении определенные преимущества были у республик Прибалтики, государств Восточной Европы, имевших в своей истории капиталистическое прошлое, более того, страны народной демократии в отличие от бывших советских республик имели и свою самостоятельную экономику.

Следовательно, в самом характере перехода новых независимых государств к рыночной экономической системе и современной либеральной демократии можно выделить три группы, стран:1) восточноевропейские государства - самостоятельные народные демократии; 2) прибалтийские республики; 3) республики СССР, сформировавшиеся после Октябрьской революции, не имевшие капиталистической истории и своей самостоятельной экономики.

Тем не менее, все эти группы стран приступили к немедленному строительству рыночной экономики и плюралистического демократического государства, что было зафиксировано в их законах о независимости, а позже в конституциях этих республик. Все бывшие социалистические государства, в том числе новые независимые республики отказались от тоталитарной социалистической системы и приняли капиталистическую, буржуазную систему отношений.

Прежде чем осветить историю, ход этого строительства в постсоциалистических странах, проанализировать основные детали построения рыночной экономической системы и демократического социально-ориентированного государства в этих странах, хочется обратить внимание на некоторые обнаружившиеся в этом процессе парадоксы.

Переход от социалистической экономики к рыночной системе, весь процесс капиталистической трансформации в постсоветских республиках возглавили бывшие лидеры компартий. Это, например, Б. Ельцин, бывший член политбюро ЦК КПСС, Первый секретарь Свердловского обкома партии, Первый секретарь Московского горкома партии, в его окружении также были люди, занимавшие в СССР ключевые государственные места. То же произошло в Украине, Казахстане, Узбекистане, Туркмении, где президентами новых демократических республик становились бывшие Первые секретари ЦК Коммунистических партий советских социалистических республик и т.д., то есть бывшие коммунистические лидеры, за небольшими исключениями, например, в Грузии, где на короткий исторический период во главе новой республики встал человек из народной интеллигенции, писатель, ученый-филолог З.

Таким образом, бывшие коммунистические лидеры, призывавшие советских людей в социалистические времена строить коммунизм, возглавлявшие процесс построения социализма в СССР, теперь оказались во главе строительства демократического буржуазного государства. Это, без сомнения, был неслыханный парадокс, абсолютно новое в истории явление.

В философии есть понятия абстрактной и конкретной возможности. Конкретная или реальная возможность заключается в том, что при наличии определенных условий существует высокая вероятность осуществления тех или иных действий, событий, определяющихся необходимыми связями, тогда как абстрактная возможность - это события,

находящиеся на грани возможного, к ним относится знаменитый гегелевский пример с турецким султаном, который может стать Папой Римским. Совершенно аналогичной абстрактной возможностью явилось превращение коммунистических лидеров в руководителей формирования в постсоветских государствах буржуазной демократии и строительства рыночной экономики, так как если бы Октябрьскую революцию и строительство социализма в СССР возглавил Николай II. Но, как показывает история, в реальной жизни подобное оказалось конкретной возможностью.

В первые годы строительства капиталистической общественной системы большее внимание обращалось на решение экономических проблем, разумеется, политические задачи также параллельно ставились и решались, но основным вопросом, который буквально «хватал за горло» новые республики был экономический вопрос. В республиках, где отсутствовали какие-либо элементы капитализма, необходимо было создать, с одной стороны, капитал, то есть собственность, а, с другой - наемных работников, лишенных средств производства, которые бы при этом являлись политически свободными, то есть обладали личной свободой, личной независимостью.

Найти рабочих, разумеется, было не сложно. Все те, кто раньше работал на государство, являлись государственными работниками, могли теперь начать работать на частные компании. Но где было найти капиталистов, имевших деньги, собственность и способных финансировать предприятия?

Само собой разумеется, что никакого капитала в бывших социалистических республиках, где все граждане - снизу и доверху - являлись работниками, не было, все жили на зарплату, никакого капитала никто не имел. Единственный выход в той ситуации состоял в том, чтобы, исходя из своих ресурсов и кадров, привлечь в страну иностранные инвестиции, иностранный капитал. Инвестиции,

таким образом, приобрели в то время для новых независимых государств ключевое значение, поскольку в республики пришел капитал, появилась возможность для восстановления и нормального функционирования производства, возникновения рабочих мест.

Однако инвестиции могли прийти в новые государства только при условии наличия в них благоприятного инвестиционного климата, в новых государствах также должны были быть приняты соответствующие законы, способные защитить иностранный капитал и т.д. Всеми эти вопросами, в том числе проблемами нового законодательства должно было активно заниматься руководство новых суверенных государств.

Так, в качестве удачного примера привлечения иностранных инвестиций, можно привести приход в Казахстан компании «Шеврон», имевший колоссальное значение для становления новой экономики республики. Хотя, разумеется, капиталисты, вкладывая свой капитал, были заинтересованы в своей выгоде, но и для республики это был выход из тяжелого экономического положения, возникшего в первые годы после распада СССР.

Однако помимо привлечения иностранных инвестиций в новых государствах нужно было создавать и свой собственный частный капитал. Реального представления о капиталистических отношениях в бывших советских республиках не было, поэтому правительства привлекали различных иностранных консультантов, экспертов из Всемирного банка, Международного валютного фонда, Европейского банка развития и др., помогавших на первых порах новым государствам своими консультациями и советами в процессе их перехода к рыночной экономической системе.

Как было сказано выше, строить экономику на одном привлечении иностранного капитала было невозможно, в новых государствах необходимо было создать свою

внутреннюю частную собственность, потому основными направлениями деятельности правительств постсоветских республик, предложенными иностранными консультантами в области построения новой формы экономики взамен старой плановой экономики, было разгосударствление и приватизация, акционирование бывших советских предприятий, то есть перевод собственности из-под контроля государства в частные руки.

Первыми собственниками в новых суверенных государствах становились, прежде всего, люди, которые еще в советские времена были связаны с теневой экономикой, потому обладали некоторым начальным капиталом: они стали скупать магазины, рынки и т.д. Первыми капиталистами стала также часть людей, имевших связи с заграницей, иностранным капиталом, благодаря чему они имели возможность получать зарубежные кредиты, направленные ими для покупки заводов, фабрик, различных предприятий и т.д. Далее, первыми крупными собственниками становились также те, кто находился во власти, стоял во главе различных отраслей производства, руководил промышленными предприятиями, они получили возможность в процессе разгосударствления приватизировать государственную собственность за бесценок.

На многие нарушения, использование своего служебного положения в первые годы приватизации особого внимания не обращали, на это, как говорится, «закрывали глаза». Пока в обществе царила эйфория от обретенных свободы слова, собраний, выбора, от уничтожения цензуры и т.д., многие практичные люди «под шумок» «прихватывали» ничейную государственную собственность. В этой связи в новых суверенных республиках расцветала коррупция, «разбазаривалось» народное богатство, но на все эти нарушения государство не обращало большого внимания, поскольку перед ним стояла основная задача - создание собственного капитала, класса собственных капиталистов, своей национальной буржуазии. Таким образом, многие состояния, образовавшиеся в начальный период

становления новых капиталистических государств, были созданы не путем труда, честного соревнования, проявления собственной инициативы, а на основе коррупции, воровства, личных связей и т.д.

В результате таких предпринятых государствами шагов и усилий единая плановая экономика СССР стала превращаться в рыночную систему, для чего параллельно создавалась серьезная законодательная база - принимались законы об инвестициях, законы о приватизации, акционировании и мн. др., способствующие формированию субъектов капиталистической экономики, владеющих средствами производства.

Таким образом, в постсоциалистических государствах произошла революция, коренной переход от общественной государственной собственности, от плановой системы социалистических отношений к рыночной экономике, где приоритетной является частная собственность, где функционируют новые капиталистические отношения. Следует особо отметить, что эта революция, трансформация произошла в постсоветских странах без кровопролития, без гражданской войны.

Однако уровень рыночных преобразований, степень развития капиталистических отношений на современном этапе в разных республиках неодинаков. Наряду с республиками, уровень рыночных преобразований которых достаточно высок, есть более отсталые в этом аспекте государства, есть также республики, занимающие серединное положение. То есть, несмотря на то, что все постсоветские государства выбрали рыночный путь развития экономики, тем не менее, в зависимости от той политики, которую проводило руководство той или иной республики, в зависимости от того насколько согласованными были действия законодательной и исполнительной власти, по уровню и качеству развития капиталистической системы отношений эти республики различны. Таким образом, при всем однообразии по уровню формирования рыночной экономики и демократической политики все постсоветские 1 356

республики можно подразделить на более передовые, отстающие или занимающие серединное положение.

Следует отчетливо понимать, что два эти процесса: процесс построения рыночной экономики и политической демократизации шли параллельно, они взаимосвязаны, поскольку перевод экономики на рыночные рельсы был бы невозможен в условиях тоталитарной политической системы, и хотя главные усилия правительствами новых государств были направлены на преобразование экономики, одновременно необходимо было заниматься политическими вопросами, решать проблемы построения современной демократии, утверждения прав человека и т.д.

Так, например, начиная с ратификации Декларации о государственном суверенитете, принятия Закона о независимости Казахстана, Конституций 1993, 1995 гг. - во всех этих документах постоянно подчеркивалось, что республика Казахстан развивается по рыночному пути, строит демократическое общество, где во главе угла находятся права человека, поскольку для успешного перехода к рыночной экономической системе в республике необходимо было проводить демократизацию политической системы.

Здесь, предваряя дальнейшее, следует сказать несколько слов о характере и основных принципах советской политической системы. Советская политическая система, являвшаяся формой, надстройкой общественной собственности на средства производства, социалистических общественных отношений, главным образом носила идеологический характер, она руководствовалась одной идеологией - теорией марксизма-ленинизма, идеологией одной политической партии, представлявшей собой главную цель этой политической системы. Утверждалось, что данная политическая система является мировоззрением рабочего класса, что государство, принимающее эту идеологию, строит социализм - первую фазу будущего коммунизма, в котором будет уничтожено всякое государство, где будет осуществлено полное обобществление собственности и получит воплощение знаменитый принцип «каждый по

способностям, каждому - по потребностям», где будет развита «живая индивидуальность».

Социалистическая система - первая фаза коммунистического строительства, была классовой политической системой, потому классиками марксизма особо подчеркивалось, что государство не возникает в результате общественного договора людей, напротив, пролетарское государство представляет собой государство рабочего класса и крестьянства, защищающее интересы трудовых классов. Поскольку экономическая основа такого государства являлась однородной, в нем существовала только одна партия, выражавшая интересы трудящихся социальных слоев, так как других классов в пролетарском государстве не было, никакой плюрализм классовой политической системой не допускался, мировоззрением трудящихся классов являлась идеология марксизма- ленинизма.

В этой системе существовало цензура, все научные, литературные труды должны были соответствовать основным целям и принципам государства, выражаемым марксистско-ленинской идеологией, следовательно, цензура не допускала работы, покушавшиеся на основные целевые направления социалистической системы. Так, советская политическая система, хотя и разрешала религию, считая ее частным делом, тем не менее, согласно атеистической идеологии, вытесняла ее как ложный, отсталый пережиток прошлого из сознания народа.

Являясь тоталитарной, советская политическая система не допускала принципа разделения властей. Советская власть, будучи формой общественной собственности и социалистических общественных отношений, представляла собой в одном лице как законодательную, так и исполнительную власть, то есть никакого разделения властей в подобных условиях не было. Такой же общей линии подчинялась и судебная власть.

В социалистическом обществе не допускалось верховенство права, право, как и государство, согласно марксистской теории, в будущем должно было отмереть.

И когда в советской системе защищались правовые отношения, то они главным образом рассматривались как социалистическая законность. Социалистическое право не защищало эксплуататорские классы, частных собственников, оно защищало лишь интересы трудового народа.

В советской системе вообще не ставился вопрос о формировании гражданского общества, здесь ставилась проблема об обобществленном человечестве. По этому поводу в «Тезисах о Фейербахе» Маркс сделал важное замечание: если точка зрения старого материализма есть «гражданское» общество (здесь имелась в виду позиция буржуазии), то точка зрения нового материализма есть человеческое общество, или «обобществившееся человечество», то есть коммунизм. Маркс считал, что на смену варварским отношениям эксплуатации человека человеком с помощью государства диктатуры пролетариата придет не гражданское общество, а человеческое или «обобществленное человечество»^[LXXII]. Таким образом, Маркс построению гражданского общества противопоставил построение коммунистического общества.

В этой связи, возвращаясь к нашей теме, после развала СССР наряду с необходимостью перехода от социалистической плановой экономики к рыночной капиталистической экономике, ставился вопрос о переходе к демократической политической системе. Это была не просто воля или желание руководителей новых государств, это было общая цель, сформулированная в «Декларации о государственном суверенитете», «Законе о независимости», в конституциях постсоветских республик.

Трансформация политической системы из тоталитарной в демократическую начиналась с решения фундаментального вопроса: свободы, и прав человека и гражданина. Как мы помним, великие основоположники концепции современной демократии главным вопросом своих теоретических учений считали именно свободу человека, потому

основополагающие положения этой концепции сводятся к следующим: человек рождается свободным, человек в принципе свободен, в результате своей свободы люди на основе общественного договора создают государство.

Следует отметить, что вопрос о свободе, правах человека в ходе строительства демократической политической системы, перехода от социалистической политической системы к демократической не вызывал особых трудностей, поскольку дискуссии по этому поводу начались еще в период перестройки. Уже во времена перестройки в советском обществе широко обсуждался вопрос о человеческой свободе, его правах, свободе слова, собраний, плюрализме мнений и т.д. Вопрос о свободе приобрел в то время такую силу именно потому, что в условиях СССР всякое инакомыслие, проявление свободы было невозможно, оно жестко запрещалось, жестоко преследовалось, для советского общества по выражению А. Жида было характерно «угнетение мысли».

Именно в перестроечные годы, в период так называемой «гласности» советские люди стали впервые открыто говорить о своих правах, о необходимости устранения цензуры, о свободе слова, печати, совести, свободе выбора, свободе собраний и т.д. Но, несмотря на определенные смягчения и послабления, по-настоящему советский человек ощутил свободу только после снятия шестой статьи Конституции о руководящей роли КПСС, после полной отменены цензуры, отказа от классового подхода и т.д.

Таким образом, все постсоветские демократические государства внесли в свои конституции статьи, согласно которым в основе их новой политической демократической системы лежат свободы и права человека: свобода мысли, слова, совести, вероисповедания, объединений, собраний, митингов и т.д. Став членами ООН, ОБСЕ, многих других мировых общественных организаций все новые государства приняли европейские стандарты демократии, в которых четко сформулированы основополагающие принципы демократического общества, разработанные выдающимися

философами-демократами и получившие свое официальное закрепление в Всеобщей декларации прав человека.

Принятие европейских стандартов демократии означало, что все законы в новых республиках принимаются в соответствии с Всеобщей декларацией прав человека 1948 г., так как перед всеми основными принципами международного права Декларация имеет верховенство. Таким образом, вопросы свобод и прав человека, устранения цензуры, развития плюрализма и т.д. были официально зафиксированы в конституциях новых государств.

Однако проблема состояла опять-таки в соответствии идеи и реальности: одно дело зафиксировать права и свободы в официальных документах, законах, а другое

- реализация их в жизни, в поступках, поведении людей, исполнение их государственными институтами. В силу недостаточного развития самого человека, недостаточного демократизма государственных органов и институтов, призванных защищать права человека, зачастую права и свободы человека в постсоветских государствах недостаточно гарантированы, отчего страдают люди. И если на словах все выполняется, то в жизни, к сожалению, часто происходит наоборот. Так, в интересах государства, или каких-либо общественных институтов делаются попытки ограничения прав человека, кроме того сами люди недостаточно понимают свои права и свободы. Нередко органы, призванные защищать права и свободы человека

- комиссии по правам человека, институты омбудсменов находятся в составе или подчинении государственных органов, тогда как на деле они должны быть абсолютно независимыми институтами, способными самостоятельно защитить права и свободы человека от каких-либо ущемлений.

Кроме того, следует учитывать, что ни в СССР, ни в его исторической предшественнице - царской России граждане никогда не жили в условиях свободы и демократии, поэтому в одночасье путем юридического закрепления демократических законов разрешить эти проблемы невозможно, поскольку здесь еще недостаточно

развита личность, индивидуальность, позволяющая обществу, государству, исходя из каких-то особых интересов, вмешиваться в дела человека и ущемлять его интересы. Следует отметить, что хотя за годы построения демократической политической системы в постсоветских государствах в области обеспечения прав человека, в достижении подлинной свободы очень много было сделано, однако предстоит немало еще сделать, поскольку в этом вопросе, как было показано выше, существуют как объективные, так и субъективные стороны.

Следующим важнейшим фактором демократии, глубоко продуманным и проанализированным великими мыслителями, основоположниками концепции современной демократии, является принцип разделения властей, посредством которого обеспечивается свобода человека в государстве и обществе. Как указывали великие мыслители- демократы, отсутствие данного принципа, его несоблюдение ведет к потере свободы, приводит к разного рода злоупотреблениям со стороны власти, как законодательной и судебной, так и исполнительной. Классиками современной концепции демократии, как мы показали в первой главе, данный основополагающий принцип демократии был всесторонне проанализирован, были разработаны механизмы его действия и функционирования.

К сожалению, ни в царской России, ни в советской системе принцип разделения властей опять-таки никогда не работал, царская власть носила деспотический характер, в одном лице представляя законодательную, судебную и исполнительную власть. В СССР законодательная и исполнительная власть также находились в компетенции одного органа. Поэтому, если в западноевропейских государствах принцип разделения властей как условие свободы был выстрадан в результате дискуссий, раздумий, революций и т.д., то на территории СССР, в советской системе он совершенно не понимался и не принимался.

Вследствие этого при трансформации советской политической системы в демократическую, автоматически списывая европейские законы, западные конституции,

люди до конца не понимали значение этого принципа, не постигали к каким злоупотреблениям и перекосам может привести его нарушение. В связи с чем в реализации этого принципа в постсоветских государствах обнаружились серьезные недостатки и нарушения, связанные прежде всего с попытками исполнительной власти взять верх над законодательной властью. Здесь дело не в том, являются ли новые республики по своей форме власти парламентскими или президентскими, здесь важен сам принцип разделения властей, его действительное неукоснительное исполнение и соблюдение, в противном случае это ведет, как неоднократно показывали Локк, Монтескье, Кант и др., к безусловному нарушению прав и свобод человека, ведет к деспотии.

Если посмотреть на процесс развития советской политической системы, то первоначально советская система была суперпарламентской, поскольку советская власть одновременно представляла собой и законодательную, и исполнительную власть. Однако все это было лишь номинально, по существу, все бразды правления находились в руках КПСС, только на короткое время, когда, как мы указывали выше, коммунистическая партия ушла с исторической сцены, советская власть обрела свою руководящую силу. Однако это был короткий исторический период, после которого в СССР, в советских республиках было принято президентское правление, являвшееся на тот момент оправданным, поскольку любое принятие решений депутатами Советов сводилось к бесконечным дискуссиям, из-за которых затягивалась реализация первостепенных для страны экономиче скихи политиче скихвопро сов. Положение дел усугубилось в условиях формирования рыночной экономики, необходимости создания ее законодательной базы. Советы своими бесконечными дискуссиями, прениями сковывали действия исполнительной власти, поэтому введение института президентства было совершенно оправданным и осознанным.

Разумеется, введение института президентства привело к двоевластию, которое, однако, продолжалось недолго. Всенародные выборы президента, формирование и

принятие новых конституций, нацеленных на усиление президентской власти, привели к тому, что исполнительная власть сразу же взяла верх над законодательной. При этом в новых республиках, за исключением России, особых возражений со стороны депутатского корпуса не последовало, поскольку ими осознавалась необходимость наличия сильной политической власти в условиях трансформации общественно-политического строя.

Однако, на сегодняшний день, оказалось так, что президентская власть обрела абсолютное преимущество над законодательной властью, последняя в настоящий момент в лучшем случае занимается принятием законов. Более того, президент через административные ресурсы стал оказывать влияние и на выборы самих депутатов, а через назначаемых им сенаторов и на принятие решений в парламенте, кроме того президент имеет право распустить парламент.

Таким образом, сформулированный в теории, в европейских стандартах демократии принцип разделения властей был реализован в постсоветских республиках не в полной мере. Разделение властей осуществилось здесь по существу в ущерб парламенту, за счет ущемления законодательной власти, тогда как президентская власть стала иметь полное преимущество. В некоторых республиках президентская власть вообще стала носить неограниченный характер, парламент же превратился в абсолютно «карманный» орган, поскольку избрание депутатов полностью зависит от президентской власти. Функции же законодательной власти, как отмечалось выше, стали ограничиваться лишь принятием законов, подготовленных заранее правительством. Принцип разделения властей нарушается также и в отношении судебной власти, которая в постсоветских государствах во многом зависит от исполнительной власти.

Следовательно, обобщая вышесказанное,

следует отметить, что принцип разделения властей, сформулированный классиками концепции современной демократии, призывающий народ чутко реагировать на его нарушение, контролировать деятельность депутатов, не

имеющих право иметь какие-либо собственные интересы, в постсоветских республиках нарушается. Эти нарушения имеют как объективные, так и субъективные причины. Объективная причина нарушений связана с тем, что в ходе перехода к рыночной системе в постсоветских государствах была необходима сильная политическая власть, сильный президент; субъективная же причина состоит в том, что сами люди, в том числе и депутаты, еще недостаточно субъектны, представители народа недостаточно защищают свой правовой статус, поэтому зачастую выборы депутатов являются честными и прозрачными лишь на бумаге, на деле же, как неоднократно отмечали наблюдатели из международных общественных организаций, они не в полной мере соответствуют европейским стандартам демократии.

Следующий вопрос, имеющий ключевое значение в демократическом государстве, это вопрос о верховенстве закона. Верховенство закона в условиях демократии имеет колоссальную важность вследствие того, что правовое государство представляет собой такой тип государства, в котором руководит сам народ при помощи законов. Народ сам творит закон, и сам контролирует его исполнение. Если в условиях феодализма правового государства не могло быть по определению, поскольку законы создавал не народ, это были не его законы, вследствие чего он мог их нарушать, то в демократическом государстве народ сам принимает законы, и сам исполняет их, потому что это его законы, отступление от которых есть нонсенс.

Соблюдение принципа разделения властей необходимо потому, что в случае влияния исполнительной власти на принятие законов, ее вмешательства в деятельность законодательной власти, воля народа в принятых законах в полной мере отразиться не может, закон перестает быть законом самого народа, отсюда закон перестает иметь верховенство, а потому такой закон народ может переступить. Народ чувствует, как подчеркивал Монтескье, что это не его законы, а потому такие законы не являются в

его глазах справедливыми, поскольку они приняты не в его интересах, не выражают его потребностей.

Французский ученый-правовед специально подчеркивал, что если в условиях монархии для исполнения законов требуется честь, в деспотическом государстве для соблюдения закона вообще никаких нравственных добродетелей не нужно, поскольку здесь все строится на страхе, то в демократическом государстве в основе принятия законов лежит принцип справедливости, добродетель, потому что закон принят самим народом. Поэтому, по мнению классиков концепции современной демократии, причина неисполнения законов связана, прежде всего, с тем, что эти законы принимает не сам народ, потому он не работает в интересах народа, не выражает его чаяний.

То же касается и судебной власти. В подлинно демократическом государстве судебная власть должна быть абсолютно самостоятельной, она не может зависеть ни от законодательной, ни от исполнительной власти, эти две формы власти не могут иметь перед ней абсолютного значения. Поэтому в демократическом государстве всегда придерживаются принципа самостоятельности судьи, его автономности, решение суда имеет в таких условиях верховное значение.

Следующий институт демократической формы власти - гражданское общество. Гражданское общество несовместимо с тоталитарной системой, оно имеет значение лишь в либерально-демократическом государстве. Для того чтобы существовало гражданское общество, индивиды должны быть свободны, каждый человек должен иметь свое лицо, индивидуальность. Такие люди формируются только в условиях развитых общественных отношений.

В истории существовали разного рода общности, но это были «немые» общности, потому что в них часть не выделялась из общего, она была растворена в общем. Гражданское же общество - это общество, построенное самими гражданами, самими индивидуальностями, имеющими свое лицо, мнение, выбор, своими взаимоотношениями создающими это гражданское

общество. Гражданское общество характеризуется богатыми взаимоотношениями, поэтому индивидуальности являются здесь всеобщим условием гражданского общества, в свою очередь, само гражданское общество обусловливает, создает развитые индивидуальности. Любая индивидуальность, самостоятельность, активность, инициативность, деятельность формируются в гражданском обществе на основе построения новой гражданской системы.

Следует особо отметить, что в гражданском обществе все являются одинаковыми, равными друг другу гражданами, никто не имеет преимущественных прав, особых привилегий. В конституциях всех постсоветских государств данное положение опять-таки декларируется, однако в реальной жизни представители правящих элит новых государств имеют значительно больше прав, в сравнении с обыкновенными рядовыми гражданами.

Таким образом, как мы показали выше, многие демократические принципы и стандарты, естественные и обязательные в развитых западных демократиях, в условиях новых постсоветских государств лишь декларируются, но не всегда выполняются. Демократические принципы здесь часто не работают, что свидетельствует о том, что в области демократизации республикам, сравнительно недавно вставшим на путь демократического развития, предстоит еще очень большая работа, для успешного осуществления которой необходимо, прежде всего, развитие самих граждан, формирование в них личностных, индивидуальных характеристик. Пока не будет развита индивидуальность, субъектность человека рано говорить о построении развитого гражданского общества, правового государства, в котором осуществляется принцип верховенства закона, подлинной демократии, отвечающей всем современным стандартам и требованиям.