Глава VIII РОЛЬ ЛОГИКИ В СУДЕБНОМ ИССЛЕДОВАНИИ

Познание судом существенных обстоятельств пре­ступления протекает в форме логического переходе от известного к неизвестному. Основой этого перехода слу­жит вывод от совокупности фактов, составляющих дей­ствие, к совокупности фактов, составляющих неизвест­ную причину, — событие преступления и участие в нчм отдельных лиц.

Поскольку судебное исследование в своей основе протекает квк опосредствованное познание, то для полу­чения истинного результата в нем существенное значе­ние приобретает соблюдение зсконов и правил логики в процессе поисков истины.

Человеческое мышление формировалось и форми­руется в процессе активного познания объективного мира нс основе практической деятельности человеке по

преобразованию природы и общества. Именно в процес­се практической деятельности формируются в человече­ском сознании определенные способы отражения или по­знания. способы освоения человеком предметного мира. В. И. Ленин пишет: «...практика человека, миллиарды раз повторяясь, закрепляется в сознании человека фигу­рами логики»’. Эти логические фигуры, или логические формы, и являются теми формами, в которых протекает мышление, тем продуктом мыслящей головы, которым она «...освояет себе мир единственным возможным для нее способом, способом, отличающимся от художест- венно-религиозно-практически-духовного освоения это­го мира»^[54].

■ С точки зрения материалистической теории познания, логические закономерности не являются какими-то апри­орными формами человеческого рассудка, как об этом говорил Кант, или формой развития абсолютной идеи, как понимал их Гегель. Формы рациональной связи мыслей отражают процессы, имеющие место в объектив­ной действительности п происходящие независимо от воли людей. Отражаясь в человеческом сознании, эти связи и отношения закрепляются в нем в виде логиче­ских фигур, причем характер объективных связей и от­ношении накладывает свой отпечаток на логическую фи­гуру, придавая ей тот или иной вид. В. И. Ленин ука­зывал: «Законы логики суть отражения объективного в субъективном сознании человека»^[55]. И далее: «Самые обычные логические «фигуры» — ....суть школьно разма­занные, sif venia verba, самые обычные отношения вещей»^[56].

факт, что люди нередко не осознают тех логических форм, в которых протекает их мышление, и тех законо­мерностей, которым оно подчиняется, не опровергает, а лишь подтверждает объективный характер этих за- ■ конов.

Закономерный характер человеческого мышления означает, что правильное использование логических при­емов, а также соблюдение логических закономерностей в каждом отдельном процессе исследования служат тем необходимым условием, без которого немыслимо полу­чение достоверных результатов, невозможно достиже-

' к совершению того или иного преступления, надо быть

- вооруженным знанием марксизма-ленинизма, знанием

• закономерностей общественного развития, противоречий, существующих в обществе. Эти знания помогают пра­вильно ориентироваться в обстоятельствах дела, помога­ют вскрывать подлинные мотивы каждого преступления.

Судебное Дело — это подчас сложный, запутанный клубок человеческих поступков, фактических обстоя­тельств, противоречивых отношений между людьми.

Необходимость диалектико-материалистического под­хода к анализу обстоятельств уголовного дела не озна­чает, однако, что в таком случае перестают действовать закономерности формальной логики и что формально­логические правила подменяются диалектическими, как иногда утверждают- отдельные авторы. Так, акад. А. Я- Вышинский, отмечая необходимость установления в су­дебном исследовании наряду с объективными обстоя­тельствами дела (факт насильственной смерти, лич­ность преступника, орудия, способ убийства и т. д.) таких фактов, как умысел или неосторожность, мотивы совершенного преступления, цели и планы преступного замысла, считает, что достоверное познание этой сто­роны дела «...выходит уже за пределы проблемы логи­ческой взаимосвязи исследуемых фактов»! То же самое относится к раскрытию внутреннего содержания престу- ... пления — того, что можно было бы назвать «душою со­деянного, — animus atti »2 По мнению А. Я. Вышин-

1 А. Я. Вышинский, Теория судебных доказательств в со­ветском праве, стр. 106. '

. 2 А. Я. Вышински й, Теория судебных доказательств в со­

- ветском праве, стр. 106.

ского, познание этих обстоятельств «...входит уже в область анализа и оценки внутреннего содержания уста­новленных фактов, их смысла, их значения, как доказа­тельства вины, как мерила уголовной ответственности»¹.

Согласно этим утверждениям формальная логика применяется лишь там, где речь идет о констатации от­носительно легко познаваемых явлений вроде объекта, объективной стороны состава преступления и т. п. Бо­лее сложное же познание, например, субъективной сто­роны, целей преступного посягательств подчиняется иным, диалектическим требованиям.

В другом месте акад. А. Я- Вышинский высказывает­ся более решительно: «Формальная логика, — пишет он, — не в состоянии установить материальную истину, т. е. то, что действительно существует, что представляет собой действительное содержание вещей и явлений -и что составляет одну из важнейших задач правосудия. Формальная логика ограничивается поэтому тем, что юристы называют юридической истиной, т. е. тем, как определенные явления или вещи характе­ризуются фактами, представленными суду сторонами, безотносительно к тому, насколько эти факты отражают действительные жизненные отношения»². Дальше А. Я. Вышинский указывает на необходимость преодо­леть «ограниченность» и «бессилие» формальной логики применением диалектического метода.

В приведенных, как и в других, высказываниях А. Я. Вышинского слышатся постоянные предостереже­ния о неизбежных опасностях и ошибках, которые под­жидают .судью и следователя, чрезмерно увлекающихся логическим анализом при исследовании обстоятельств дела.

Эти рассуждения о роли и значении логики нельзя признать состоятельными прежде всего потому, что они исходят из неверного понимания формальной логики как метода познания, противоположного диалектике. В дей­ствительности же каждая из этих наук освещает различ­ные стороны человеческого мышления. '

>А. Я. Вышинский, Теория судебных доказательств в со­ветском праве, стр. 106.

² А. Я. В ыши иски й, Теория судебных доказательств в совет­ском праве, стр. 217.

Материалистическая диалектика, изучая общие зако­номерности развития природы, общества и человеческо­го мышления, служит методом конкретного познания явлений действительности, она учит подходу, способу выявления реальных отношений между вещами, опираясь на те общие объективные законы, которые лежат в осно­ве развития всего реального мира.

Поскольку диалектика учит методу подхода, методу исследования, то тем самым она выполняет роль логи­ки — направляющего начала в развитии человеческих знаний, то есть для мышления она приобретает значе­ние диалектической логики.

Логика же формальная изучает те формы, в кото­рых отражается относительно готовое, уже сформиро­вавшееся знание (понятие, суждение, умозаключение), и правила взаимосвязи этих форм в процессе познания, отсюда и название логики — «формальная» в отличие от диалектической логики — содержательной.

мышления, независимо от того, идет ли речь о межпла­нетном путешествии или о составе преступления, о по­вышении продуктивности животноводства или о челове­ческих чувствах.

_ч 229

Характеризуя процесс человеческого познания, Ф. Энгельс писал: «Если наши предпосылки верны и если мы правильно применяем к ним законы мышления, то результат должен соответствовать действительно­сти...»’. Эти законы правильной взаимосвязи мыслей и изучаются логикой, их соблюдение в процессе познания обеспечивает достижение истинных результатов.

Формальная логика не изучает законы развития предметов и явлений действительности, поэтому она и не может расцениваться как метод познания, метод ис- необходимого средства.

Это означает, что и в процессе судебного исследова­ния нельзя разграничить подлежащие установлению обстоятельства на две группы, в одной из которых (по­знание объективной стороны) действуют правила фор­мальной логики, как говорит А. Я. Вышинский, а в дру­гой (выяснение мотивов и целей преступного посяга­тельства) — формальной логики недостаточно и не­обходимо прибегнуть к диалектическому анализу сущ­ности отношений между людьми и явлениями.

Если признать правильным положение А. Я. Вышин­ского, то получается, что выяснение субъективной сто-

[1] Ф. Энгельс, Анти-Дюринг, Госполитиздат, 1952, стр. 126.

[1] Ф. Энгелі>с, Анти-Дюринг, Госполитиздат, 1952, стр. 317.

роны состава преступления протекает не путем логиче­ского перехода от известных фактов к неизвестным, с каким-то иным, иррациональным путем, не укладываю­щимся в рамки известных логике форм и законов. Точно так же нельзя согласиться и с тем, что познание объек­тивной стороны делв: способ - совершения преступления, место, время, объект посягательстве и т. д. — протекает /по законам формальной логики и здесь не требуется дислектииеоквго анализа фактов.

А. Я- Вышинский, отмечая «недостатки» формаль­ной логики и предупреждая об опасностях увлечения ею, явно имеет в виду не логику, в метафизический, форма­листический метод познания, который противоположен диалектике и который выступает основным - методом по­знания в буржуазной науке прсвв и судебной практике.

Поскольку логические закономерности применимы во всех случаях, где совершается опосредствованный пере­' ход от известного к неизвестному, постольку они приме­нимы и в судебном исследовании, твк квк здесь происхо­дит познание неизвестных явлений. Это имеет место квк при познании каждого отдельного фактического обстоя­тельства, твк и при познании события преступления в це­лом, квк при уяснении объективной стороны, твк и при познании вины и целей преступления, квк при познании обстоятельств, характеризующих расследуемое событие с внешней стороны, твк и при раскрытии его animus acti.

Поскольку же логические закономерности и правила логики обеспечивают правильный переход от одного понятия или суждения к другому лишь при уяснении со­держания этих понятий, когда раскрыта действительная природа самих фактов, отразившихся в наших понятиях, то отсюда и вытекает необходимость изучения самих яв­лений, прежде, чем будут составлены понятия о них, с затем взаимосвязаны между собой.

Для изучения же сущности реальных фактов нужна диалектика, правильный конкретный подход к выявле­нию вовбеььвстчй каждого факте и чго связей с други­ми данными по делу. Такой подход обеспечивает прежде всего создание истинных понятий о фактах, в это в свою очередь двет возможность правильно связывать между собой сами понятия, строить логические переходы от одного известного понятия к другому — неизвестному.

Конкретный, диалектический подход к объекту судеб­ного исследования обеспечивает содержательное приме­нение правил самого логического аппарата. Абстрактное применение фигур логики, игнорирование существа дела, всегда таит в себе опасность увести исследователя на ложный путь. Фигуры логики, будучи отражением объек­тивно существующих связей и отношений между веща­ми, показывают направление движения человеческого мышления к истине в общих, предельно широких чер­тах. Логические категории, как и всякое общее, абстракт­ное, при неправильном их употреблении таят в себе воз­можность ошибки.

Всякое общее, абстрактное, будучи отражением объ­ективно общего, существенного в единичном и отдель­ном, может выполнять положительную роль в процессе познания лишь в том случае, если оно берется в связи с конкретным, единичным.

Поэтому логические фигуры смогут выполнять поло- - жительную роль в процессе познания лишь в том случае, если их применение основано на конкретном анализе исследуемых явлений. Голое же применение логических фигур в виде шаблона, трафарета, пустой схемы без конкретного анализа исследуемых явлений всегда гро­зит заблуждением, ошибкой.

Применение логических категорий в тесной связи с содержательной стороной мышления означает не что иное, как необходимость конкретно-диалектического подхода к анализу доказательств в судебном исследо­вании. •

Материалистическая диаЛектика — это метод кон­кретного познания реальных явлений, она учит методу уяснения объективно существующих связей и отноше­ний между явлениями действительности. Она указывает также на единственно научный критерий объективности знаний — практику. Конкретный подход к исследуемым явлениям, то есть рассмотрение их во взаимосвязи, пе­реходах, единстве противоположностей, а также под­тверждение выводов реальными фактами помогают пра­вильному применению логических закономерностей и обеспечивают обоснованный переход к объективно ис­тинному освещению обстоятельств дела.

Соблюдение законов и правил логики при конкрет­ном анализе обстоятельств уголовного дела обеспечи­вает последовательность и убедительность выводов суда, делает приговор обоснованным. Логическая строй­ность и обоснованность выводов суда облегчают также процесс проверки приговора высшей инстанцией.