ЗАКОН ЕДИНСТВА ПРОТИВОРЕЧИЙ

Анализ природы движения обнаруживает его противоречивую сущность и обязывает нас к опре­деленным выводам, относящимся к закону исключенно­го третьего формальной логики.

Длительная борьба взглядов, развернувшаяся в связи с исследованием природы движения, неизбежно приводит к признанию противоречивости движения.

Показывает свою несостоятельность и другая по­пытка абсолютизировать закон исключенного третьего: признание противоречивости движения, но вместе с тем отрицание законности отражения этой противоречивости в формах логического мышления.

Задача исследования состоит в том, чтобы устано­вить, как, в каком виде противоречивая природа дви­жения находит свое отражение в формах логического мышления.

Анализ апории Зенона Элейского «летящая стрела» показывает, что утверждение и отрицание в данном случае не только исключают, но и предполагают друг друга, формула «или-или» сменяется формулой «и-и». («А есть и не есть В»).

Признание законности 'последней формулы говорит о том, что в данном случае нарушено предписание за­кона исключенного третьего формальной логики, кото­рый запрещает совместимость утверждения и отрица­ния одного и того же об одном и том же.

Возникает вопрос: относится ли это нарушение за­кона исключенного третьего формальной логики только к анализу механического движения или имеет более широкую сферу применения? Факты говорят о том, что закон исключенного третьего формальной логики обна­руживает свою недостаточность во’ эсех тех случаях, когда идет речь об отражении в нашем мышлении при­роды процессов вообще. В связи с этим становится необходимым более глубокое понимание закономерностей логического мышления, чем то, которое дается законом исключенного третьего формальной логики, более глу­бокое толкование закона исключенного третьего и пе­реход к логике более высокой ступени.

В ряде работ логиков-марксистов, признающих ограниченность формальной логики и ее законов мышле­ния, делаются попытки дать более глубокое толкова - ние закономерностей логического мышления, внести су­щественные изменения в то толкование законов мыш­ления, которое было дано формальной логикой, и привести понимание законов правильного мышления в соответствие с практикой современного научного мышления. Сюда относятся работы А. О. Маковель­ского, Бела Фогораши, Эли де Гортари, Ат. Жожа, Б. М. Кедрова и др.

Одна из первых попыток рассмотреть соотношение между формальной и диалектической логикой и дать новое толкование законов логического мышления в плане логики высшей ступени — логики диалектичес­кой — принадлежит А. О. Маковельскому. Исходя из высказываний классиков марксизма-ленинизма по во­просам логики, А. О. Маковельский признает ограни­ченность формальной логики и ее законов мышления, в том числе и закона исключенного третьего. Формаль­ная логика не видит законности суждений типа: «А есть и В и не-В», в которых находит свое отражение реальное противоречие в природе вещей («тело находится и не находится в данном месте, то есть находится в процес­се движения») ⁷⁵.

Диалектическая логика узаконивает этот тип суж­дения и тем самым вводит в систему науки логики новый закон мышления. А. О. Маковельский дает этому

75 А. О. М а ко в ел ьски й. Формальная логика и диалек­тика, «Известия АН Азербайджанской ССР», 1950, № 2, стр. 73.

закону название — «принцип контрадикторной конъюнк­ции», в то время как закон исключенного третьего пред­ставляет собою «принцип контрадикторной дизъюнк­ции» ⁷⁶.

Принцип контрадикторной конъюнкции выражается символической формулой: «А есть и В и не-В» в про­тивоположность принцйпу контрадикторной дизъюнкции с его формулой:' «А есть либо В, либо не-В».

А. О. Маковельский считает необходимым по-новому сформулировать принцип логической непротиворечи­вости: «Несовместимы суждения контрадикторной дизъ­юнкции и контрадикторной конъюнкции»¹¹.

Аристотелевский закон противоречия сохраняет свое значение, по мнению А. О. Маковельского, лишь «в ог­раниченной сфере суждений, относящихся к сфере контрадикторной дизъюнкции» 1^[113][114].

К сожалению, достаточно точного определения этой сферы автор не дает, ограничиваясь указанием, что к ней относятся связи и отношения реальной действительнос­ти, «не заключающие в себе внутренних противоре­чий:».^[115]. Остается неясным, где же могут существовать отношения вещей, лишенные внутренних противоречий.

Нет полной ясности и по вопросу о соотношении за­конов мышления формальной и диалектической логики. Получается так, что законы диалектической логики применяются в одних случаях, а законы мышления формальной логики — в других. Таким образом, при­ходится сделать вывод, что ограниченна не только формальная логика, но и логика диалектическая. Фор­мальная и диалектическая логика выступают не как две ступени науки логики — низшая и высшая, а как две формы одной и той же науки, хотя автор неодно­кратно и говорит о таком отношении формальной и диалектической логики. •

Законы мышления в плане формальной и диалекти­ческой логики рассматривает также венгерский философ Бела Фогораши. Он признает ограниченность законов мышления формальной логики, в том числе и закона исключенного третьего. «Диалектическое мышление, как

мышление, не только допускающее противоречия, но и устанавливающее единство противоположностей, — пи­шет Б. Фогораши, — не может быть объяснено при помощи принципа исключенного третьего» 80.

В то же время Б. Фогораши защищает закон исклю­ченного третьего от нападок со стороны некоторых представителей так называемой неаристотелев^ой ло­гики. Бела Фогораши предлагает следующую формули­ровку принципа исключенного третьего: «...из двух про­тиворечащих друг другу в одном и том же отношении суждений (А есть В и А есть не-В) или одно, или дру­гое является истинным, и они исключают в том же самом отношении возможность истинности третьего суждения» 81.

Формулировка, данная автором, сохраняет суть за­кона — исключение возможности истинности какого- либо третьего, среднего суждения, но она уступает обычной формулировке закона исключенного третьего в лаконичности и четкости. В то же время надо отметить, что данная формулировка неточно характеризует сущ­ность противоречащих суждений, которые только и исключают какое-либо третье, среднее суждение между ними. По точному смыслу закона речь об исключении третьего, среднего суждения может идти лишь тогда, когда имеется противопоставление утверждения и от­рицания одного и того же.

(Следует отметить, что принятая во многих руко­водствах по логике формула закона «А есть или В, или не-В» — не совсем точно передает содержание аристоте­левского 'ннчала исключенного третьего: «..не может быть ничего посредине между двумя противоречащими (друг другу) суждениями, но об одном (субъекте) вся­кий отдельный предикат необходимо либо утверждать, либо ’отрицать»^².

Примеры, приведенные Аристотелем для иллюстра­ции закона: нельзя говорить о чем-либо, что оно и су­ществует и не существует; говорить, что оно есть и что его нет 83.

80 Бела Фогораши. Логика, ИЛ, М., 1959, ст,р. 113.

81 TaM же, стр. 111.

82 Аристотель. Метафизика, кн. 4, гл. 7, Соиэкгиз, М.—Л., 1934, стр. 75.

83 Там же. '

Что же касается противоположных определений чего- либо, то они, как известно, не исключают середины.

Как это видно из приводимого автором материала, Б. Фогораши не разграничивает формально-логического , «или-или» от диалектического «или-или», которое и по содержанию, и по логической структуре отличаются от формально-логического «или-или» (вместо противоречия утверждения и отрицания — противоречие, двух утвер­ждений с противоположными предикатами. Примеры: «или революция, или реакция», «или материализм, или идеализм». Эти примеры иллюстрируют диалектическое «или-или», которое по своей логической структуре от­личается от формально-логического).

Ограниченность принципов противоречия и исклю­ченного третьего формальной логики признается и в другой работе, посвященной диалектической логике, «Введение в диалектическую логику» Эли де Гортари.

Автор в противовес закону исключенного третьего формальной логики допускает третью возможность при наличии двух противоречащих суждений: «Принцип ис­ключенного третьего не только не исключает, а напро­тив необходимо включает третью возможность: что предмет А будет и В и не-В одновременно»^[116].

Как видно из приведенной формулировки, автор говорит не о противоречии утверждения и отрицания, а о противоречии двух противоположных предикатов у одного и того же субъекта, что не вполне точно вы­ражает сущность закона исключенного третьего.

К сожалению, автор не уточняет, остается ли в силе принцип исключенного третьего, хотя бы в известной сфере.

Значит ли это, что законы мышления формальной логики вообще лишены объективной основы, что они не соответствуют объективной действительности и поэтому не могут служить в качестве «высших логических принципов» и в сфере элементарного мышления?

Какое толкование должен получить закон исклю­ченного третьего в системе логики высшего типа?

Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо выяс­нить, как трудности, связанные с отражением природы

движения в формах логического мышления, преодоле­ваются в практике мышления.

Ознакомление с практикой мышления позволяет сделать ряд выводов о том, каким образом мышление отражает процессы. При этом можно установить сле­дующие типические черты:

а) Мышление иногда ограничивается тем, что кон­статирует лишь наличие процесса. Например, конста­тируется, что «тело движется», «организм живет», «происходит такой-то процесс» и т. д.;

б) В некоторых случаях не только фиксируется тот или иной процесс, но указывается также и направление этого процесса. Например: «растение расцветает», «де­рево засыхает», «человек умирает», «светает», «смер­кается» и т. д.

Все эти способы сводятся к тому, что изучение про­цесса заменяется изучением ряда состояний вещей. Пока можно ограничиться такой констатацией ряда сос­тояний процесса, данный способ мышления является достаточным.

Но такого рода приемы дают лишь общее знание качественных состояний вещей, но не раскрывают при­роды процессов, борьбу присущих им противоречивых тенденций, не раскрывают законов изменения вещей. Сказать, что данный организм живет, — еще не зна­чит раскрыть законы его деятельности.

Для того, чтобы отразить процесс изменения, раз­вития, необходимо раскрыть внутреннепротиворечивую природу процесса, своеобразную для каждого процесса, раскрыть борьбу этих взаимоисключающих тенденций, закономерности, присущие данному процессу.

При таком исследовании процессов нельзя ограни­читься их односторонней характеристикой (в виде ут­верждения или отрицания чего-либо), а необходимо показать, что противоречивые тенденции процесса су­ществуют лишь в неразрывном единстве.

Практика мышления разрешает и эту задачу. Так, например, при определении сущности жизни, которая не существует без процесса умирания, употребляется

известная формула: «Жить — значит умирать». Здесь практика мышления явно выходит за рамки законов мышления формальной логики. Поэтому становится не­обходима новая формула, сочетающая единство двух противоположных утверждений (жизни и смерти в дан­ном случае) и единство утверждения и отрицания од­ного и того же. Определение жизни принимает вид фор­мулы: «жизнь не есть и есть смерть».

При этом остается правильным положение, что про­тиворечивые моменты взаимно исключают друг друга, но в то же время обнаруживается, что они находятся в неразрывном единстве.

Таким образом, практика мышления преодолевает трудности, связанные с отражением процессов в формах логического мышления.

Возникает вопрос: где же точное отражение про­цессов (именно процессов, а не состояний) становится абсолютно необходимым и мышление вынуждено выйти ) за рамки положений формальной логики?

ι Это становится совершенно необходимым в тех слу-

¹V чаях, когда нужно исследовать и отразить в формах

. логического мышления именно процесс изменения и развития вещей и явлений, а не только его результаты. А это обязывает выявить всуартссепргаивортчевую ' природу процессов, движения, брать в единстве вза­имоисключающие тенденции, присущие данному яв­лению, характеризовать (отразить) борьбу этих тен­денций, развитие противоречий, взаимосвязь явле­ний и т. д. ■

Анализ процессов становится необходимым тогда, когда надо дать точную характеристику тех или иных моментов развития изучаемого явления. Об этом гово­рит опыт высшей математики. Когда понадобилось дать точное значение скорости движения тела в данный мо­мент времени, математика была вынуждена заняться исследованием процессов (анализом движения) и в ло­гическом отношении оказалась вынужденной выйти за рамки законов мышления формальной логики. Таким образом, необходимость дать точное значение скорости движения в данный момент времени заставила пересту­пить предписания формальной логики.

То же самое имело место и в биологии; когда ока­залось необходимым точно отразить определенный (

момент в развитии человека, отразить момент перехода от обезьяноподобного существа к человеку, было при­нято название «питекантроп».

Необходимость изучения процессов развития, эволю­ции явлений во всех областя* науки на современном этапе истории и обусловила переход от формально-ло­гического мышления с его «застывшими», неподвижны­ми понятиями к мышлению диалектическому в собствен­ном смысле слова. Теория эволюции не мирится с формально-логическим типом мышления, так как с его помощью нельзя передать с необходимой точностью процесс развития; нельзя получить точного отражения процесса эволюции, сводя его к сумме отдельных, неиз­менных состояний. Это ярко видно на материале тех наук, где изучение процессов развития стало основной задачей науки. Спекулируя на этом обстоятельстве, до­казывая, что нельзя «поток» жизни передать с помощью ряда застывших состояний, буржуазный философ А. Бергсон пытался подорвать позиции разума. По­скольку с помощью разума (отождествляемого здесь с формальной логикой) нельзя правильно понять и отра­зить «поток» жизни, приходится, как это доказывал А. Бергсон, признать ограниченность силы разума и обратиться за помощью к «интуиции». В действитель­ности же надо признать недостаточность формально­логического мышления и перейти к мышлению диалек­тическому. '

Фактический материал из различных областей современной науки неуклонно свидетельствует о диалек­тической природе процессов, практика мышления неумо­лимо раскрывает односторонность, ограниченность, недостаточность закона исключенного третьего фор­мальной логики при исследовании процессов и делает необходимым переход к более широким принципам диалектической логики.

При анализе процессов любой ответ по формуле «или-или» становится односторонним, недостаточным, не отражает сути реальной действительности. При иссле­довании процессов мысль, отражая природу вещей, принимает более сложный характер, чем это признается формальной логикой: а) констатируется наличие про­цесса, то есть борьба противоречивых тенденций в дан­ном явлении; отмечается направление процесса и его

решающая сторона, причем противная тенденция при этом не упускается из виду.

В логике высшей ступени (логике диалектической) дается более глубокое понимание формулы «иле-иле»: oеадиктиуес■кая логика не отбрасывает формулы «иле- иле» формальной логИек, но дает ей более глубокое, более конкретное толкование. Диалектическая логика, смотря по обстоятельствам, применяет и формулу иде», и формулу «и то и другое». Разумеется, это вовсе не лишает определенности ответ о природе рассматри­ваемого явления. Речь идет не о совместимости лю­бых исключающих друг друга тенденций, а о вполне определенных, органически связанных противоречивых тенденциях именно данного явления.

Следует отметить, что в системе диалектической логики имеет место применение формулы «или-иле» со своим специфическим ^ содержанием. Это «ели-иле» >диалектической логики отлично от формально-логичес­кого «или-или» и шо своей форме: в формально-логиче­ском «елк-иле» имеется противопоставление .утвержде­ния и отрицания одного и того же, а в диалектическом «еди-еле» противопоставление двух утверждений об одном и том же.

Пример: «или социализм, или капитализм». «Или- иле» в данном случае не подходит под формулу «еле- или» формальной логики. О таком противопоставлении, руководствуясь положениями формальной логеее, мож- ) но было бы толкко скэзтьь, что тии два утверждеиия

і исключаюа друа друаа , но нельзо было бы скэзтьь,

_ что между этими двумя утверждениями нет середины, ' так как приведенная антитеза по своей форме подпадает под действие закона противоречия, но не подпадает под действие закона исключенного третьего. Таким об­разом, не всегда диалектическое «илк-клк» совпадает по своему существу с формально-логическим «елк-едк».

В связи с тем, что закон исключенного третьего фор­мальной логики обнаруживает в известных случаях свою ограниченность, недостаточность, возникает вопрос о ро- / ли доказательства «от противного» (точнее, «от противо­речащего»). Не лишаемся ли мы при этом возможности доказательства «от противного?»

' Доказательство «от противного» не перестает су­

ществовать, оно сохраняет всю свою силу, но должно

применяться с учетом определенных условий. Только там, где при рассмотрении какого-либо явления процесс дви­жения, изменения и развития не имеет существенного практического значения, безразличен для решения по­ставленного вопроса и от него можно и должно абстра­гироваться, — только там возможно применение доказа­тельства «от противного», основанного на законе исклю­ченного третьего формальной логики.

Но как быть в тех случаях, когда решение задачи свя­зано с исследованием процесса и от него нельзя абстра­гироваться? В таких случаях доказательство «от против­ного» в том его виде, который оно имеет в формальной логике, разумеется, неприменимо. Опыт рассуждений, связанных с апорией Зенона Элейского «летящая стре­ла», как раз и показывает неприменимость в данном случае доказательства «аб аЬзигбит». Зенон Элейский, прибегая к приему «аб аЬзигбит» (который широко при­менялся в практике мышления, хотя и не был в то вре­мя зафиксирован в качестве одного из положений науки логики), ставил своей целью доказать невозможность движения, или, по крайней мере, доказать, что природу движения нельзя выразить в логике понятий. Ход его рассуждения в выдвинутой им апории был безукориз­ненно правильным, но вывод оказался неверным, так как в данном случае формула «или-или» является одно­сторонней и недостаточной.

В той постановке вопроса, которая дана Зеноном Элейским, нельзя ни на один момент абстрагироваться от движения, ибо поставлен вопрос именно о движу­щемся теле: «где в данный момент времени находится летящая стрела?» На такой вопрос может быть дан ответ только по формуле «и-и», хотя речь идет о един­стве утверждения и отрицания; только в этом случае мышление верно отражает действительную, внутренне­противоречивую природу движения.

Здесь следует подчеркнуть, что ответ, который дает диалектическая логика с ее формулами «или-или» и «как то, так и другое», имеет более конкретное, более богатое содержание. Формула диалектической логики— «как то, так и другое» — не только констатирует факт движения, но во многих случаях указывает направление развития и решающую роль одной из противоречивых тенденций. Формула «как то, так и другое» способна пе­

редать, отразить и зСкон изменения, присущий данному явлению, процессу.

Формула диалектической логики «как то, так и дру­гое» не исключает применения приема «ас! аЬзигбит» в качестве приема доказательства. Уже на примере апории Зенона Элейского «летящая стрела» можно ви­деть использование этого приема в анализе движения и вытекающих из него выводов. Почему делается вы­вод о противоречивости движения? Потому что два следующих суждения: «движущееся тело и находится в данный момент в данной точке и не находится в ней» и суждение «не верно, что движущееся тело и находит­ся в данный момент в данной точке и не находится в ней» — не совместимы. Здесь возможно либо то, либо другое. Почему здесь нельзя считать, что два противо­речащих суждения могут быть взяты в единстве? Пото­му что здесь идет речь о противопоставлении двух со­стояний, свойств, присущих данному явлению, и третье суждение здесь исключено. То, что данным свойством или состоянием является движение, ничего не меняет в логическом существе вопроса. Если процесс измене­ния и развития не имеет существенного значения для решения поставленного вопроса, то его не следует при­нимать во внимание. Нет необходимости «идти в беско­нечность», как утверждал по этому поводу Аристотель, ведя полемику против диалектики Гераклита Эфесско­го, то есть нет необходимости полученное единство ут­верждения и отрицания в результате анализа движения вновь отрицать, так как этого не требует реальная природа вещей.

Признание ограниченности закона исключенного тре­тьего формальной логики и необходимости более глубо­кого толкования его в системе диалектической логики может вызвать вопрос: как логические функции закона исключенного третьего будут выполняться логикой ди­алектической?

Логические функции закона исключенного третьего формальной логики можно свести к следующим момен­там: 1) закон исключенного третьего обязывает не до­пускать логических противоречий. При этом под логичес­ким противоречием разумеется несовместимость утвер­ждения и отрицания одного и того же об одном и том же в тех случаях, когда эти два суждения различаются

также по «'количеству» суждения, то есть Одно из них является общим, а другое частным, или оба суждения являются единичными. Какое-либо третье, среднее су­ждение при этом исключается; 2) закон исключенного третьего используется в качестве основы при так назы­ваемом доказательстве «от противного» (по существу «от противоречащего», так как от ложности одного про­тиворечащего суждения делается вывод о истинности другого противоречащего суждения); 3) закон исключен­ного третьего используется в качестве основы при ко­свенном разделительном доказательстве.

Как эти логические функции выполняются в системе Диалектической логики?

Несомненно, что диалектическая логика не допускает логических противоречий, но более глубоко раскрывает сущность логического Противоречия. Как уже отмечалось, под логическими противоречиями диалектическая логика понимает произвольные противоречия мысли. Отсюда следует, что не всякое единство утверждения и отрица­ния одного и того же (об одном и том же в один и тот же момент времени) является обоснованным, допусти­мым, необходимым.

Таким образом, диалектическая логика успешно вы­полняет задачу борьбы с логическими противоречиями. Необходимо при этом отметить превосходство диалек­тической логики над формальной логикой в том отно­шении, что она более глубоко раскрывает сущность логического противоречия (а тем самым более глубоко и правильно представляет суть и условия применения положений формальной логики, ее законов противоречия и исключенного третьего). Диалектическая логика не отбрасывает этих законов, но точно указывает условия их применения.

Диалектическая логика не исключает использования формулы «еди-иле» при доказательстве «от противно­го». Признание диалектических противоречий, то есть противоречий, отражающих противоречия реальной действительности, не затрагивает формулы «иде-иле» исключенного третьего, если не идет речь об исследо­вании процессов.

Диалектическая логика также не нарушает прави­ла дизъюнктивных суждений, если в данном случае не затрагиваются противоречия объективной действетедь-

ности. Словом, диалектическая логика выполняет все те логические функции, которые присущи закону исклю­ченного третьего формальной логики. Но при этом диа­лектическая логика строго учитывает те условия, при которых возможно применение формулы «или-или» закона исключенного третьего. В тех случаях, когда формула «или-или» неприменима (например, при анализе движения), диалектическая логика прибегает к ис­пользованию другой формулы — «кто то, так и дру­гое». На это указывает Ф. Энгельс в работе «Диалекти­ка природы».

Необходимо отметить также, что формула диалек­тической логики «как то, так и другое» («и-и»), утверждающая единство противоречащих моментов, не исключает определенности ответов.

При применении формулы диалектической логики — «как то, так и другое» возможны следующие типические случаи: а) формула «и-и» может выражать единство противоречивых моментов (тенденций); б) борьбу этих тенденций между собою; в) преобладающую роль одной из тенденций. Но и отсутствие преобладания одной из противоречивых тенденций не означает неопределенности ответа. ' .

Иллюстрацией к применению формулы «как то, так и другое» может служить и такой пример из житейской практики, как ответ врача на вопрос о состоянии здо­ровья больного: «кризис». Этот ответ не лишен опреде­ленности. В известных случаях он является единственно правильным и точным ответом. Всякий другой «опреде­ленный», «односторонний» ответ — «выздоравливает», «лучше» или «хуже» — был бы в данном случае невер­ным, так как он не отражал бы действительности, под­линного положения вещей. Наконец, ответ по формуле «как то, так и другое» может выражать закон изменения данного явления.

Все эти ответы, следующие формуле «как то, так и другое», не исключают определенности ответов, но более всесторонне и Точно отражают действительную природу вещей.

Отсюда видно, что диалектическая логика не отбра­сывает огульно закон исключенного третьего формальной логики, но дает ему более всестороннее, более конкретное содержание.

)

Развитие представляет собою процесс отрицания ста­рого и вместе с тем его сохранение. Формула мышления диялекаеческгй логики, отражающая процесс развития, выражает единство противоречащих (взаимоисключаю­щих) моментов (тенденций). Диалектической логике при­сущ закон единства утверждения и отрицания, или закон единства противоречий.

На первой ступени научного познания мира, когда мышление абстрагируется от процесса изменения, разви­тия, оно отражает только то, что противоречащие мо­менты (утверждение и отрицание) исключают друг друга, не допуская чего-либо третьего, среднего.

Диалектическое мышление, отражая процесс, разви­тия (борьбу противоречивых моментов), в качестве од­ного из частных случаев включает в себя и такой случай, когда процесс изменения вещи не имеет существенного практического значения и от него можно (и должно) абстрагироваться. В таком случае противоречащие тен­денции лишь исключают друг друга, причем между противоречащими моментами исключается что-либо среднее, третье. В данном случае процесс изменения, выражаясь языком математики, равен нулю, поэтому ' данное понятие или абсолютно тождественно некото­рому понятию «В», или абсолютно отличается от него, при этом что-либо среднее, третье исключается.

Формула диалектической логики «А и есть и не есть В», выражающая единство противоречащих момен­тов (утверждения и отрицания), содержит в себе форму­лу «или-или» формальной логики в качестве своего част­ного случая, то есть она может быть выведена из формулы диалектической логики.

Но формула «как то, так и другое» говорящая о единстве взаимоисключающих моментов, также может выражать преобладающую роль одного из противоре­чащих моментов. (Ср. поговорку — «нет худа без . добра», изречение — «жить — значит умирать» и т. д.).

Следовательно, формула диалектической логики так­же выражает качественную определенность вещей. Диалектическую логику нельзя обвинить в том, что она, говоря об ограниченности закона исключенного третьего формальной логики, лишает правильное мыш­

ление одного из его непременных свойств — опреде­ленности.

Возникает вопрос; в каких случаях точное представ­ление о вещи, явлении требует непременного анализа процесса изменения, развития?

Такой анализ необходим тогда, когда каждый мо­мент процесса вносит существенные изменения. При определении скорости движения тела необходимо счи­таться с каждым моментом движения, если это дви­жение совершается с переменной скоростью, либо на­растает, либо уменьшается, вообще изменяется.

В математике решается задача нахождения скорости движения в определенный момент времени, когда эта скорость непрерывно изменяется. С такого рода процес­сами математикам пришлось столкнуться не только при определении переменной скорости движения, но и при решении задач геометрического порядка, где также приходится иметь дело с непрерывными процессами.

Для лучшего выяснения познавательной роли за­кона единства тождества и ,различия, или иначе един­ства противоречий, раскрытия его логических функций, нужно отграничить его от закона конкретного тождест­ва и закона диалектического противоречия, где также учитывается неразрывная связь тождества и различия.

И в законе конкретного тождества, и в законе диа­лектического противоречия подчеркивается преоблада­ние, решающая роль одного из полюсов — тождества или различия. В законе диалектического единства про­тиворечий подчеркивается единство взаимоисключающих полюсов. Такая ситуация создается в том случае, когда идет речь о констатации того или иного процесса, факта борьбы противоположных взаимоисключающих и вза­имосвязанных тенденций.

- Для большой резкости сопоставления этих трех за­конов мышления диалектической логики можно несколь­ко по-иному сформулировать логическую суть этих за­конов диалектической логики.

Так, закон конкретного тождества можно назвать законом утверждения; закон диалектического противо­речия — законом отрицания; закон единства противо­речий — законом диалектического единства утвержде­ния и отрицания. Процесс изменения любого объекта означает одновременное и утверждение данного объекта

как он есть, и отрицание его, так как в каждый данный момент вещь становится иной, отрицает сама себя. Именно к этой формуле приводит анализ процесса изменения; «...всякое органическое существо в каждое данное мгновение является тем же самым и не тем же самым...» (Ф. Энгельс) ⁸⁵.

выводы

1. Закон исключенного третьего формальной логики с его формулой «или-или» — один из основных законов мышления формальной логики. Так же, как и закон противоречия, он обеспечивает непротиворечивость, по­следовательность мышления.

Закон исключенного третьего является основой од­ного из важнейших методов доказательства, так назы­ваемого доказательства «от противного» (точнее, от противоречащего).

2. Тем не менее закон исключенного третьего, так же, как и другие законы мышления формальной логики, подвергается сомнению.

Впервые закон исключенного третьего был подверг­нут сомнению в связи с анализом природы движения; признание противоречивой природы движения, связан­ное с одновременным утверждением и отрицанием од­ного и того же об одном и том же, несовместимо с формулой закона. Перед логиками возникла проблема: либо опровергнуть вывод о противоречивости движе­ния и «втиснуть» анализ движения в рамки законов противоречия и исключенного третьего формальной ло­гики, либо признать противоречивость движения и вместе с тем ограниченность закона исключенного тре­тьего (и закона противоречия) формальной логики.

3. История логики свидетельствует о томг что дис­куссия о противоречивости движения и вытекающих от­сюда выводах для науки логики, начавшаяся в антич­ной философии, продолжается более двух тысяч лет и приобрела особый размах и остроту в современную историческую эпоху, когда вплотную встал вопрос о соотношении формальной и диалектической логики и

8⁵К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 21.

анализ движения и процессов стал основной задачей наук:

4. Попытки опровергнуть правильность вывода о противоречивой природе движения, много раз предпри­нимавшиеся в течение веков и продолжающиеся и сейчас, не привели и не приводят к успешному резуль­тату.

Необходимо признать правильность учения диалек­тики о противоречивости движения и связанного с этим вывода об ограниченности законов мышления формаль­ной логики (в данном случае, закона исключенного третьего, не допускающего совместимости одновремен­ного утверждения и отрицания одного и того &е).

5. Диалектическая логика не отбрасывает огульно закона исключенного третьего формальной логики с присущей ему формулой — «А есть или В, или не-В» («или-или»), но лишает эту формулу абсолютного ха­рактера и указывает условия ее применения. Формула «или-или» закона исключенного третьего формальной логики применима лишь тогда, когда наше мышление абстрагируется от процесса изменения и развития, при­сущего вещам и явлениям, и пользуется «застывшими» категориями. (Формула «или-или» применима и к ана­лизу движения, но лишь при условии, что речь идет о его результатах, но не о самом процессе движения, или когда процесс движения рассматривается как известно­го вида состояние, свойство, присущее предмету).

6. ,!Наряду с формулой «или-или» диалектическая

логика выдвигает формулу «А и есть и не есть В» («и-и»), «А есть и В и не-В», которая имеет мес­то при анализе движения, процессов изменения и развития. Диалектическая логика признает закон един­ства противоречий (диалектического единства утвержде­ния и отрицания). ,

Каждая из формул («или-или» и «и-и») применяется на своем местей

7. Формула диалектической логики «и-и» применима и при анализе простых явлений, при этом нет необхо­димости обращаться за помощью к формальной логике, и ее закону исключенного третьего.

В тех случаях, когда процесс изменения и развития не имеет существенного практического значения для решения поставленного вопроса или когда движение,

присущее данному предмету, может рассматриваться как характерное для него состояние, свойство, качество (и к этому сводится все его изучение), то от него мож­но абстрагироваться, и тогда вместо формулы «и-и» применяется формула «или-или».

8. Диалектическая логика знает и такой вид форму­лы «или-или», который совершенно неизвестен логике формальной. Такое «или-или» указывает на неприми­римость двух противоречивых тенденций в развитии данного явления и на то, что какой-либо третий, сред­ний путь развития при этом исключается.

Диалектическое «или-или» отличается от формально­логического «или-или» и по своей логической струк­туре: формально-логическое «или-или» имеет в виду одновременное утверждение и отрицание одного и того же, а диалектическое «или-или» — два несовместимых утверждения, причем что-либо третье, среднее при этом исключается (в то время как при наличии двух несов­местимых утверждений об одном и том же в формаль­ной логике допускается нечто среднее, третье).

9. Несостоятельны обвинения диалектической логи­ки в нарушении определенности мышления. Ответ по формуле «и-и» («как то, так и другое») не нарушает определенности мысли, более того, он вскрывает кон­кретное содержание мысли и тем самым дает более полную, всестороннюю и, следовательно, более опреде­ленную характеристику рассматриваемого явления.

Ответ по формуле «и-и» может быть связан с под­черкиванием преобладающей стороны данного противо­речивого явления, направляющей тенденции развития и т. д.

Ответ по формуле «и-и» не лишен определенности в тех случаях, когда лишь констатируется борьба внут­реннепротиворечивых тенденций